Голова незнакомца на крыше свалилась на бок, тело вытянулось в короткой агонии. Петровский вздохнул с облегчением и не без труда поднялся с холодного пола.
- Это длинноствольный Ремингтон 1862 года, Микель. Сорок пятый калибр. Редкая модель, их было выпущено всего четыре тысячи штук во время войны Севера и Юга. Представляешь, сколько он сейчас стоит?
У двери стоял Паркер, и прямо на Микеля недвижно смотрел шестигранный ствол револьвера.
- Паркер, ты шутишь?
- Какие шутки. Ничего личного, только бизнес.
- Паркер, я ведь спас тебе жизнь. Тогда, на Гаити, помнишь?
- Помню, Микель, конечно. Как забыть такое? Поэтому ты умрёшь быстро, это я обещаю.
Грохнул выстрел - как раз в тот момент, когда спазм сдавил лёгкие Петровского. Он закашлялся, пуля из Ремингтона разорвала ему кожу на виске и ударила в стекло за его спиной.
Трёхметровое полотнище окна треснуло и со скрежетом стало вываливаться наружу. Петровский выстрелил, не целясь - из винтовки. Он упал, схватив её в одну руку с пола, и выстрелил.
Пуля попала Паркеру в солнечное сплетение. Он хотел глотнуть воздух, открыл рот, но глаза его застыли в изумлении, и он повалился на пол, роняя револьвер.
Нужно было сматываться.
Петровский быстро обшарил пиджак Паркера. Выудил сотовый, бумажник и ключи от машины "Пежо-407". В бумажнике было несколько сотенных и визитка консульства.
Он уже хотел уходить, прикидывая, как это сделать лучше, но его внимание привлекла гильза, лежащая у стены.
Вторая гильза от его винтовки. Она была холостая.
Это обстоятельство повергло Микеля в недоумение. Он посмотрел на Паркера - кровавое пятно растеклось по его рубашке, как раз в том месте, куда он попал. Пульса не было.
Петровский выскочил в коридор, потом на галерею с выходом в другой подъезд, и побежал по лестнице, игнорируя лифт.
Машина Паркера стояла почти у входа.
Он рванул с места, оглядываясь в зеркало заднего вида - было чисто.
Москва, 28 июля, 20хх года. Штаб-квартира партии "Единение".
В кабинете председателя двое - хозяин кабинета Ситников и советник МИД Бергер.
- Иван Иванович, как сегодняшние новости?
- Впечатляют, Сергей Георгиевич. Вы в курсе?
- Нет.
- Тогда разрешите изложить вкратце. В Дебаро сильные волнения. Оппозиция вышла на улицу, требует провозглашения республики. Вчера выстрелом из снайперской винтовки был убит король Аль-Бахара Али. К чести полиции, они оперативно нашли убийцу.
- Он жив?
- Нет, обнаружен его труп. Это гражданин неизвестной страны, но по обнаруженным уликам он американец. Хотите кофе? Коньяк?
- Коньяк.
Ситников нажал на кнопку.
- Два коньяка, будьте любезны.
- Так что там ещё, Иван Иванович?
- Министр внешних сношений Рафаль Соррен обратился к правительству России с просьбой о помощи. Они боятся кровопролития.
- Какого рода помощь?
Ситников сделал паузу.
- Они просят ввести ограниченный контингент войск.
- Хм, рискованно. Эти крикуны-демократы из Старого Света не преминут поднять бучу.
- Пусть поднимают. На карту многое поставлено.
Рюмки с коньяком были именно такими, какими должны быть - на короткой ножке, пузатые, ровно на пятьдесят грамм, слегка тонированные.
- Сергей Георгиевич, я всегда удивлялся вашему искусству выстроить многоходовую операцию. Я слышал, этот принцип носит название "домино"...
- Да, верно. Когда одно небольшое действие, или событие, влечёт за собой другое, точно спланированное, которое, в свою очередь, влияет на последующее, и так далее. Мы с вами хорошо поработали, Иван Иванович.
- Спасибо.
Он отпил из рюмки, большим глотком.
- Интересно, дорого встали эти волнения оппозиции?
- Не очень. Вас интересует конкретная сумма?
- Нет, нет, боже упаси, Сергей Георгиевич. Меня интересует только корректность ваших пожеланий.
- Вот и славно. В нашем с вами деле главное - не задавать лишних вопросов. Вы наблюдали за работой стеклодува хоть раз, Иван Иванович?
- Не приходилось.
- Уверяю вас, там есть на что посмотреть. Мастер с помощью длинной трубки осторожно выдувает требуемую форму сосуда или украшения, периодически подогревая изделие в раскалённой печи. Пока форма текуча и податлива, он делает с ней всё, что пожелает. Но стоит стеклу затвердеть, одно неосторожное движение - и всё разлетится на осколки.
- Я понял вас, Сергей Георгиевич.
- Я в этом и не сомневался. Ну, желаю удачи.
Посетитель встал и, не допив коньяк, направился к выходу из кабинета.
Звякнул сотовый.
Ситников приложил аппарат к уху.
- Слушаю. Какая накладка? Как это могло произойти? Выясните все причины и найдите его. Немедленно найдите, слышите? Докладывайте через каждый час, нет - через полчаса. Надеюсь, что у вас хватит ума найти его до того, как он покинет Аль-Бахар.
Он нажал на кнопку выключения, но телефон не выключился. Он нажал ещё раз, но безрезультатно. Экран потух лишь спустя секунд десять.
Прослушка.
Факт оставался фактом, хотя и весьма странным. В департаменте Ситникова такое не допускалось.
Он набрал по внутреннему начальника службы безопасности.
- Радченко, у меня в сотовом прослушка.
- Иван Иванович, я сейчас поднимусь к вам. Телефон не трогайте и не включайте.
- Хорошо.
По улице мчалась полицейская машина.
Петровский не нервничал, он спокойно направлялся в сторону аэропорта. Наверняка они не знают, что он скорее жив, чем мёртв. Это на руку.
Он не стал въезжать на парковку и добрался до терминала пешком. В кассовом зале он достал карточку "Express" и сунул её в банкомат.
Счёт заблокирован не был.
Он снял тысячу долларов и хотел уже подойти к кассе, как его окликнул какой-то мальчишка-араб.
- Господин, мне велели передать вам ключ от камеры хранения.
- Какой ключ? Кто велел? Эй, пацан!
Но пацан уже убегал, лавируя между пассажирами, как катер. Микель подошёл к камерам и открыл ячейку, номер которой значился на ключе.
В ней оказался пластиковый пакет.
Всего ничего - паспорт на имя Януша Крайчика, две тысячи долларов и авиабилет до Берлина.
Вылет через полтора часа.
Слишком много странностей на сегодня...
9.
В носовой части "Боинга" расположены VIP-места, в хвостовой - дешёвые. Но когда случается авиакатастрофа, больше шансов выжить именно у тех, кто покупает недорогие билеты. Вероятно, что так распорядился Господь.
Петровский летел по высшему разряду, его место было под номером три. За иллюминатором тянулось ослепительно белое одеяло облаков, шум двигателей сюда почти не долетал.
Временами он проваливался в сон.
Прямо перед ним на консоли висел телевизор.
Он надел наушники в надежде, что бубнение обозревателя подействует успокаивающе.
Интервью лидера партии "Свободная Россия" Алексея Развального корреспонденту "Рейтерс" Рону Брауну.
- Сегодня стало известно, что король Аль-Бахара Его Величество Али Второй не был убит. Сейчас он находится в клинике "Шават" в состоянии средней тяжести. Министр Рафаль Соррен заключён под домашний арест. Полиция наводит порядок на улицах, задержаны зачинщики волнений. В связи с этой новой информацией что вы можете сказать о ситуации в Аль-Бахаре?
- Я весьма удовлетворён таким развитием событий и желаю королю Али скорейшего выздоровления.