— И что ему от нас надо?
— Я без понятия, шеф. Совершенно, — Кохей пожал плечами, — Он просто вошел и начал орать на наших людей, когда они попросили его уйти. Очень невежливо, — Кохей указал на экран, — Но учитывая, что он при этом кричал, я подумал, что лучше всего нам не выбрасывать его на улицу. У него есть причины быть расстроенным.
— Да неужели? — скривился Юрий.
— Огласка, шеф. Мы же не хотим огласки?
— Ах ты ж ёбаныйнахуй! — в сердцах воскликнул Юрий.
— Это означает впустить?
— Да. И вот ещё, Кохей, я хочу, чтобы за моей дверью было двое сотрудников в форме.
— Уже бегу, шеф!
Последние минуты перед встречей Юрий провел просматривая досье Каллума Хепберна. Записи были достаточно ординарными, за исключением одной записи, касающейся Гилгена, уровень секретности которой был выше его допуска. Юрий удивленно поднял бровь, делая мысленную пометку.
Но обдумывать уже не было времени — Каллум ворвался в его кабинет. Его белая кожа от гнева пошла красными пятнами.
— Господин Хепберн, присядьте пожалуйста, — твердо, но без агрессии сказал Юрий.
— Где она? — Каллум подскочил к столу, и оперся о него руками, подавшись вперед и вперив в Юрия ненавидящий взгляд, — Где она? — повторил он.
— Я не люблю, когда на меня кричат, Хепберн. Тебе нужно успокоиться и рассказать мне, что случилось. И ради бога, оставь в покое мой стол! — еще более спокойно проговорил Юрий, поглядывая на Кохея, который замер в дверях, наслаждаясь полученной шефом выволочкой.
Каллум помедлил секунду, затем снял руки со стола и выпрямился.
— Сави Чаудхри. Она пропала. Где она?
Только огромный опыт оперативной работы позволил Юрию сохранить нейтральное выражение лица, но он балансировал буквально на грани.
— В первый раз слышу это имя, — улыбнувшись сказал он, — очень жаль, но вы ошиблись отделом.
— Блять! — эмоционально воскликнул Каллум, — Сави из твоих тайных агентов. Она работала под прикрытием под твоим началом. И она ушла на работу и пропала!
— И с чего ты так решил?
— Она моя невеста, — более спокойным тоном сказал Каллум глубоко вдохнул, — После отпуска, который мы провели вместе, она отправилась на задание, которое включало в себя работу под прикрытием. Это задание должно было закончиться в течение пяти дней. Уже прошло вдвое больше. Никакая операция под прикрытием не может длиться настолько долго!
— Сави ваша…. Эээ… невеста?
— Именно. И да, я знаю, что она должна проинформировать тебя, чтобы меня могли проверить. Но, наша помолвка была спонтанной. Мы потеряли головы. В общем, случилось то, что случилось. Меня больше беспокоит что с ней и где она. Просто скажи мне, что Сави в безопасности и извинюсь и спокойно уйду.
Юрий видел беспокойство, скрывающееся за гневом мужчины.
— Скажу так, — нейтральным голосом сказал Юрий, — когда один из наших агентов работает под прикрытием, то у него всегда есть специальный протокол контактов. Который включает в себя несколько экстренных способов сообщить нам, что он столкнулся с трудностями. И когда мы получаем такое сообщение, то мы сразу останавливаем операцию и эвакуируем агента. Так вот, — он извиняющее развел руками, — в последнее время мы не получали ни одного такого сигнала. Все тихо.
— Вот только не надо считать меня идиотом. В Кинторе был бунт, когда начался ледопад. Ведь именно в этом участвовала Сави? Ручаюсь — в этих студенческих волнениях участвовали ваши агенты. Это ваш стиль.
И снова Юрий был неприятно поражен, насколько этот посторонний человек оказался близок человек к истине. Раздражение усугубляла злость на Сави, которая растрезвонила детали своего задания постороннему человеку. Ради чего? Потрахушек и отношенек? После такого провала на дальнейшей работе Сави можно смело поставить крест.
— Каких студенческих волнениях? — спросил он вместо этого.
— Ну, Сави же внедрялась в склонные к радикализации студенческие группы? И именно студенческие группы подняли бучу, протестуя против ледопада?
— Нет. В том протесте не участвовали студенческие группы. Даю тебе честное слово.
— Ну, так и где тогда Сави?
— Послушай меня и постарайся понять, — изо всех сил стараясь сдерживать раздражение, сказал Юрий, — я ценю твою заботу. Это твоя невеста, ты имеешь полное право беспокоиться. Но я знаю о ваших отношениях только с твоих слов. Поэтому, я могу сказать, не нарушая регламента, только что со всеми моими сотрудниками всё в порядке. И что если то, что ты сказал о ваших отношениях верно, то я уверен — Сави позвонит тебе сразу, как освободится.