- Вы подумайте, - перебивал отец, - сколько лет добывали только рассыпное золото, а оказалось, что основное богатство в рудном.
- Правда, что директор после Нового года в Москву едет? - спрашивал Санька.
- Да, да, - отвечал Каганов. - Будет добиваться, чтобы немедленно включили в план механизацию Лиственнички, постройку золотоизвлекательной фабрики.
- Разрешат! - уверенно сказал Маврин.
- А как же! Ведь это стране подарок богатый - наша Лиственничка!
- Расскажите, Михаил Максимович, что будет у нас на прииске в будущем году, - попросила Тоня.
- В будущем году, Тоня, мы будем называть Таежный уже не прииском, а рудником.
Каганов рассказывал, как затрещат в забоях старой шахты мощные перфораторы и белая пыль покроет бурильщиков с ног до головы - так, что они станут похожи на мельников; как отпальщики заложат патроны взрывчатки в пробуренные товарищами скважины, шустрый огонек побежит по шнуру и грохот взрыва заполнит шахту - он будет слышен людям далеко окрест. Богатая золотом руда поплывет по транспортеру, руду поднимут из шахты, и новые, беспрерывно движущиеся ленты транспортеров доставят ее на фабрику.
Перед слушателями вставали дробильные машины, с хрустом перегрызающие белый сахарный кварц. Он переходит из дробилки в дробилку, и куски его становятся все мельче, а потом шаровые мельницы - вращающиеся барабаны, в которых заложены стальные шары - разбивают, истирают кварц в порошок. И вот кварцевая пыль, смешанная с водой и маслянистыми веществами, поступает во флотационную машину в виде жидкой пульпы. Ее перемешивают лопасти машины, она пенится, и вместе с пеной наверх поднимается золото. Его соберут и отправят в сгуститель, а потом, в виде аккуратных плиток концентрата, в сушилку. Плитки уложат в тюки, и пойдет таежное золото плавиться в большой город.
- Фабрику будут строить на склоне гольца, чтобы материал шел к аппаратам самотеком, не так, как прежде вниз отправляли… - сказал Савельев.
- Ну, ясно: руда постепенно будет спускаться и проходить все процессы.
- Многоперфораторное бурение освоим, - размечтался Маврин. - Я давно мечтал о перфораторе. На Утесный рудник когда-то думал ехать, однако у себя на Таежном поработаю. Вот увидите - до семи забоев дойду, как Илларион Янкин, знатный бурильщик.
- Да, он - как в угольной промышленности Семиволос!
- Необязательно иметь много забоев, - объяснял Каганов, - можно в одном большом работать с несколькими перфораторами.
- Лавным способом! - обрадовался Кенка.
- Важнее всего, чтобы рабочее место было образцово организовано, - вставил Николай Сергеевич. - Я у вас порядок наведу… Хочу проситься мастером туда, на Лиственничку. Поучиться, конечно, придется.
- Скоростное крепление… - начал Костя Суханов.
Но Андрей перебил его:
- Погоди… Вот я читал, в Ленинграде нашли такой способ отпалки, что газов почти не получается. Надо нам этот рецепт узнать. После взрыва приходится ждать самое меньшее часа два, а тут - пожалуйста: через десять минут можно приступать к работе.
Как всегда, хоть Андрей не говорил ничего забавного, всех насмешила его горячность.
- Ты что, уже в запальщики собираешься? - спросил Павел.
- Я сказал: весь цикл работ хочу пройти.
- Хорошая вентиляция лучше всего «мертвый период» сокращает, - заметил Николай Сергеевич.
С ним заспорили так яростно, что Лиза, поглядев на всех, засмеялась.
- Они всё о своей шахте! Да вы о чем-нибудь другом можете говорить? - тормошила она друзей.
- Каждому свое, - сказал Петр Петрович. - Вот мы, - он посмотрел на Сабурову, Новикову, Александра Матвеевича, - мечтаем, чтобы наши десятиклассники отличные аттестаты весной получили, чтобы школа вперед шла, неуспевающих не было…
- А товарищ Ион, наверно, об охоте загадывает, как бы медведя поднять, правда? - спросил Александр Матвеевич.
- Правильно говоришь, - серьезно ответил старый охотник. - Ползимы - самое время медведя бить. Он думает, что полночи прошло, на другой бок переворачивается, тут его и поднимают… У нашей охотничьей артели план большой, много пушнины надо сдать.
- Медведи не подведут, - сказал Николай Сергеевич, наполняя рюмки. - Твое желание, Ион Иванович, исполнится. Вот не знаю, как у меня… В прошлом году желал, чтобы дочка уехала учиться, - не сбылось… Не знаю, как нынче…
- Непременно сбудется, папа! - крикнула Тоня. - Только не сердись: не на исторический буду поступать, а в Г орный институт.
- Это я давно понял, не возражаю.
- А я все мечтала, что буду твои исследования о нашем крае читать, - пожалела Сабурова.
- Я их попутно напишу, Надежда Георгиевна!