– Понятно. Так, почему вы на этой дороге? – продолжал выпытывать Крок, вылизывая белоснежную лапу. Лапа то выпускала, то прятала длинные крючковатые когти.
– Потому что мы в пути. И эта дорога нам подходит, — уклончиво ответила Сирша, нахмурив брови.
– Ну, тогда вам не повезло, — заключил зверёк, даже не подняв глаз.
— Это ещё почему? – Сирше не нравился новый знакомый, и, хотя она всеми силами пыталась это скрыть, выходило не очень.
– Потому что это охотничья тропа.
– Что это значит? Нас съедят? – тревожно зачастил Симус. Крок хохотнул.
– Человечина мало кого тут привлекает, а вот ваши вещицы… — зверёк хищно облизнулся, высматривая, что несут с собой путешественники. Увидев заветный мешочек, который был единственным грузом ребят, он разочарованно вздохнул. – Не разживёшься конечно. Что у вас там? – он кивнул на мешок.
– Еда. И ты её не получишь, даже не думай. – Сирша шагнула вперёд, заслоняя собой брата, на чьих плечах и висел мешок.
– М-да, скучновато и маловато. А деньги? Или хотя бы лекарства? Я вас так просто не пропущу дальше, это моя дорога! – вдруг разгорячился зверёк. По его вздыбленной шерсти часто забегали голубые искорки.
– У нас больше ничего нет.
– Тогда зачем вы идёте к таверне? Туда идут только покупать или продавать! Продавать вам нечего, значит, у вас есть деньги! Давайте сюда или… — Крок искрился всё больше.
«Он сейчас полыхнёт», — усмехнулся мысленно сестре Симус.
«Не время для шуточек. Он явно обладает какими-то силами». -Осадила его Сирша.
– Послушай, Крок, мы идём в гости к бабушке. Она очень далеко живёт, и всё, что у нас есть – только еда. Если хочешь, мы можем тебя накормить, и ты нас пропустишь. Пойдёт? – девушка попыталась умилостивить преграждавшего им дорогу, но попытка провалилась.
– Я вижу, я вижу, всё вижу! Вы лжёте! – заистеривший Крок вдруг стал увеличиваться в размерах. Его шерсть сначала пошла пузырями, принялась лопаться, а потом и вовсе спала, открывая гниющую, местами оголённую до костей плоть. Странное существо в мгновение перестало быть милым зверьком, превратившись во что-то несуразно огромное, склизкое и вонючее, волочившее по пыли когти-крюки длинных суставчатых лап. Нижние были более массивные, и по тому, как опирались на почву, напоминали паучьи, хоть и состояли из мышц. Над тропинкой разливался невыносимый трупный запах, и путники начали кашлять от удушья.
– Сирша, давай поспим, — вдруг ни с того, ни с сего заявил Симус. Девушка опешила.
– Какое спать, — ошарашенно воскликнула она, — когда тут перед нами это!.. Ты что… — и вдруг сама поняла, что брат прав. Дорога плыла пыльными волнами, существо рябило и скалилось, а всего, чего хотели они – как можно скорее уснуть.
«Что это со мной? Я ещё не хотела спать, это странно… Неужели…» — мысль она так и не успела закончить, потому что вслед за братом рухнула, крепко уснув. Последнее, что унесло с собой её сознание, был омерзительный хохот, смешанный с визгом.
* * *
Что-то трещало, напоминая звук ломающейся кости. Именно это и привело её в себя. Сначала Сирша хотела было встать, но в секунду вспомнив случившееся, удержала порыв и, затаившись, стала осматриваться. Оказалось, что Крок приволок их в нору. Потолок был гладко вымазан глиной, но идеальная ровность его рушилась глубокими следами когтей, хаотично испещрившими потолок. Сумрак норы рассеивался растущими сон-грибами, семейками выскакивавшими возле стен. Их разноцветное свечение делало и без того мрачную нору жуткой, не справляясь с темнотой и этим лишь усиливая её.
Девушка не решилась повернуть головы: она не знала, видит ли их малознакомый похититель в темноте. Зато чувствовала, что лежит на чём-то мягком. Что это видно не было, но по мягкости напоминало шерсть. Сирша вздрогнула: на чьей шерсти они могли лежать? Они?.. Рядом ли Симус?
Сирша осторожно зашарила по лежанке рукой. Под ней действительно чувствовался мех, но сейчас это мало волновало Сиршу. Где её брат? Рука ничего не находила, и сердцебиение начало зашкаливать, подступая к горлу. Что, если он мёртв?.. Вдруг ладонь начала гореть, будто девушка приложила её к раскалённой печи, от пальцев потянулись тонкие светящиеся нити. Они расползались по норе, оплетая его стены, пол, потолок, заплетали её полностью и продолжали куда-то тянуться, пока не высветили в некотором отдалении от Сирши силуэт, в котором было сложно не узнать брата. Забыв об опасности, она рывком кинулась к нему и затрясла, громко шепча, чтобы он очнулся.
Наконец, Симус что-то пробурчал, сонно потирая глаза, которые тут же выпучил на сияющие переплетения, исходящие от рук девушки.
– Что это? – изумлённо таращился он то на сестру, то на свечение.