– Слышь, красавица, что это ты не поворачиваешься к гостям? Аль у тебя они так часты, что можно и пренебречь ими? – пробасил вдруг Крок. Женщина вздрогнула и обернулась.
– А, давненько что-то тебя не было, Крок, — нехотя поздоровалась она, с прищуром оглядывая брата с сестрой. – Что это за выводок? Твои что ли? —презрительно спросила она.
– Нет, — Крок тут же поменялся в лице, вспомнив мёртвую семью. – Ты же знаешь… А ты чего тут? Разве ты не перебралась в столицу, Котэлибертина? – удивился в свою очередь он.
– Перебралась. Даже больше скажу, — она навалилась грудью на стойку и облизнула губы, — я была танцовщицей короля.
– Врёшь. Он на такую шлюху как ты и не взглянул бы. Ты свои байки другим гостям рассказывай, чтобы привлечь, если им льстит такое.
– А я не вру. Кое-кто, — она с негодованием тряхнула головой на оскорбление Крока, выдержала небольшую паузу, — был мне должен, и помог туда пробраться. Уж не расспрашивай, как…
– Мне всё равно, — устало отрезал Крок.
– …но я побыла у него в любимицах. – Всё же закончила она.
– А тут тогда что ты делаешь, раз не врёшь? – язвительно покосился на неё собеседник.
– Как-то надоело, скучно стало, захотелось разнообразия, — зачастила та, отворачивая лицо.
– Или тебя выгнали. – Ухмыльнулся Крок. — Ладно, меня мало волнует твоя жизнь, хоть и приятно встретить в такой глуши старую знакомую, — мужчина выделил «старую» таким саркастическим тоном, что у барменши задёргался глаз. — Странно только, что ты не осталось в городском трактире, тебе ж там нравилось.
– Что ты хочешь? – оставила она без ответа его замечание. – Ты же тут тоже не просто так. Ещё и с этими детишками, — Котэлибертина хищно улыбнулась, оценивающе пробегая взглядом ребят. – Продать хочешь? Из неё точно получится отличная…
– Заткнись. Мы здесь не поэтому, — зло прошипел Крок, пресекая женщину, чтобы та не выбалтывала лишнего. Сирша и Симус, всё это время с тревогой вслушивались в их диалог, не зная, чего ожидать, и готовились бежать при малейшей опасности. – Мне нужна информация.
– Ты же помнишь, просто так я ничего не стану говорить. Тем более – тебе, — теперь уже Котэлибертина выделила голосом своё отношение. Всё явно указывало на то, что в прошлом они были не просто знакомы, а близки, пока что-то не посеяло между ними раздор. Сирша, внимательно следившая за диалогом, лихорадочно соображала, что могло связывать этих двоих, и как, в случае удачных переговоров, они будут расплачиваться за помощь.
«У нас нет даже денег, чтобы предложить ей. А лечить её… вроде не от чего, — лихорадочно соображала Сирша, как вдруг заметила свечение в мешочке Симуса, где хранились не только припасы, но и маяк. – Симус, что светится в мешке?»
Мальчик вздрогнул, не ожидая услышать в голове голос Сирши, но не повернулся, а полез в мешок.
«Это… это…»
«Да не тяни, что там?» — нарастала тревога и нетерпение Сирши.
«Монеты. Тут много золотых монет. А цветка нет».
«Значит вот для чего он был нужен. Зови Крока!» — быстро сообразила девушка.
– Крок, подойди к нам, — попросил друга Симус, недоверчиво посмотрев на барменшу, с которой тот продолжал болтать, пытаясь уговорить помочь.
– Я занят, вообще-то, — пробурчал тот, обозлённый упрямством Котэлибертины, но всё же подошёл, перейдя на шёпот: – Чего вам? Я пытаюсь узнать про дорогу, но…
– Она хочет денег? – Сирша многозначительно подняла брови и взглядом показала на мешок. – Этого ей хватит?
– Откуда… — Крок мельком заглянул в мешочек и охнул. – Да тут же целое состояние… этого даже слишком много…
– Нам деньги не для чего. Пусть расскажет то, что знает. И о пути, и о дворце. И нам нужен ночлег на эту ночь. Не станем разворачивать шатёр, чтобы не привлекать лишнего внимания.
– Понял. Но что, если…
– Она соврёт? – закончила за него Сирша. – Сомневаюсь. Она, вроде, из таких женщин, что станут служить любому, кто побольше заплатит. А, как ты сам сказал, тут целое состояние.
Крок кивнул и решительно зашагал к барменше, которая вслушивалась в их перешёптывания, опершись на стойку. Оранжевые лисьи глаза влажно блестели в жёлтом свете.
– Что, красавчик, всё же решился продать мне их? Имей в виду, девчонку возьму, а пацана в придачу. Мне его учить трудней. – Котэлибертина равнодушно таращилась на ребят, накручивая на палец длинный красный локон.
– Нет, даже и не думай об этом. Это моя семья, — Крок сделал паузу, пытаясь справиться с волнением. – И моей семье нужна помощь. У нас есть деньги. Много денег. И с ними ты вполне сможешь прожить остаток жизни ни о чём не волнуясь.