Брат и сестра переглянулись и кивнули ему. Они понимали, что Крок прав, и они помогли друг другу настолько, сколько это было нужным, и теперь нужно было дать ему возможность начать жизнь с нового листа, как и Котэлибертине.
– Котти, посмотри-ка на меня, — голос Крока дрожал. Барменша ещё пару раз всхлипнула и поднялась, отёрла лицо передником и взглянула на мужчину. – Я не оставлю тебя одну, тем более в этом ужасном месте, где всё напоминает о прошлом. Позволь мне заботится о тебе и малыше. Я уже люблю его, как своего, потому что он – твой. Ты согласна?.. – он с надеждой смотрел в глаза опухшей от алкоголя и слёз женщине. – Котти, ты согласна?..
– Да… — одними губами произнесла она. По комнате разнёсся всеобщий вдох облечения.
– Что ж, тогда нам пора собираться в дорогу, — улыбнулась Сирша, радуясь такому неожиданному финалу этой встречи. – И сделать всё, чтобы название этого места стало буквальным.
* * *
Что новоиспечённая пара, что брат с сестрой собирались в путь. Однако если одним предстояло изменить мир для всех, то другим — изменить миры друг друга. Кто возьмётся судить, что важнее?..
На следующий день, после длинного прощания, слёз и напутствий, четвёрка разделилась надвое.
Глава 13. План меняется
– Ты готов выступить? – Звонарь спрашивал таким тоном, что стало ясно: отрицательного ответа на этот вопрос не может быть.
– Взводы готовы, ваше величество.
– И куда двинешь?
– Я уже докладывал вам…
– Джа… Ой, простите, Первый, ваше величество!..
– Что ты тут делаешь, ещё и без стука? – прошипел советник на ворвавшегося в кабинет Пятого.
– П… простите...
– Говори, что ты тут делаешь! – взревел уже король, готовясь собственноручно превратить вбежавшего в отбивную.
– Мы засекли новый сигнал! Точнее… — Виллэд пугливо оглянулся на короля, обращаясь к Первому, — точнее, два сигнала, очень сильных, но разнящихся друг от друга.
Король закатил глаза и злобно пихнул кресло. То жалобно скрипнуло и опрокинулось, барахтаясь ножками, как упавший на спину жук. Следом полетели брызгами осколки разбитого окна: Звонарь швырнул в него чернильницу. Джадис, даже не поворачиваясь на источник разрушений, обратился к Пятому.
– Почему я узнаю об этом сейчас? И чем они отличаются? – советник схватил докладчика за подбородок и цедил слова, задрав верхнюю губу и дрожа той от омерзения.
– Мы только что узнали… они свалили всё на меня, как на самого нижнего, чтобы не получить наказания… а я…
– Перестань ныть, я спрашиваю не о тебе и твоих жалких проблемах! – Джадис уже почти выплёвывал слова, всё сильнее сжимая подбородок Пятого так, что тот начал поскуливать. Советник швырнул Виллэда от себя. – Отвечай на вопрос!
– Один сигнал, как и прежний – похож на целителя. Другой же – словно ему передали крохотную часть первого сигнала. Он слаб и движется в другую сторону.
– Понятно. Ваше величество, план меняется, — сразу начал Первый, но замолчал, уставившись на Пятого. Тот не замечал, но внезапная тишина напугала его, и он, вскинув голову, напоролся на взгляд Джадиса.
– Я… я пойду?.. – заикаясь спросил он.
– Давно пора. – Король повернулся к Пятому и добавил: — Научись стучаться, пока я из тебя…
– Простите!.. – провопил Пятый, бегом выскакивая в коридор, чем непомерно рассмешил Звонаря.
Дождавшись, пока тот просмеётся, Первый продолжил:
– Он принёс важную весть, не наказывайте его за это. – Советник снял маску, пристально вглядываясь в глаза королю. Когда тот кивнул, соглашаясь, Джадис продолжил: — Наш первый, сильный сигнал – это целитель, кто-то из той парочки, за которой я тогда следовал. А вот другой, — Первый сделал вид, что задумался, хотя на самом деле прекрасно знал, что значил второй сигнал. – Другой сигнал говорит о том, что целитель применил свои силы. Нам стоит отправить две группы за этими сигналами. Большую, естественно, за более сильным.
– Прекрасно, твои шансы всё исправить растут, — довольно прикрыл глаза Звонарь. – Но зачем нам отправлять группу за исцелённым?
– Сейчас поясню. Что, если мы вновь упустим целителя? Конечно, я сделаю всё, чтобы этого не допустить, но всё же… — советник замялся, сообразив, что подрывает доверие короля уже тем, что предположил неудачу. – Исцелённый знает, кто из них целитель. И, вероятно, также знает, куда и зачем он направляется. Не думаю, что целитель открылся бы тому, кому нет оснований доверять.