— Люси говорила, что на этот раз ты возьмешь ее с собой.
Если набраться мужества, то вежливыми фразами не так уж трудно прикрывать истинные чувства.
— О да, ей хочется поглядеть, как будет бежать наш Магнус!
— Полагаю, такой прекрасный конь не может не выиграть главный приз, — сказала Флора со светской улыбкой, хотя на душе у нее кошки скребли.
— Очень рассчитываю на его победу.
— Если ты спешишь в горы к Воронам, то я не смею тебя задерживать…
— Нет, нет, — поспешно сказал он.
— Ты уверен? Я не хочу, чтобы ты считал себя связанным этим глупым условием о сорока восьми часах.
— На самом деле я остался бы намного дольше — если бы мог, — запальчиво возразил Адам.
Флора уже настолько взяла себя в руки, что сумела вызвать на лице свою обычную надменно-царственную улыбку.
— Что ж, в нашем распоряжении еще четыре часа.
— Четыре с половиной часа, — с улыбкой уточнил Адам. — Не кради у нас целых полчаса! Ну-с, какой сорт шоколада заказать на этот раз? С серой амброй?
— Да ты никак пытаешься меня соблазнить? — серебристо рассмеялась Флора.
— Что ты, что ты! И в мыслях такого не было, — шутливо замахал руками Адам. — Хочу лишь взбодрить тебя. Просто Брийа-Саварен в своей знаменитой «Физиологии вкуса» пишет, что шоколад с серой амброй нужно пить тем, кто несчастен, ибо он смягчает всякого рода душевные горести. Или предпочтешь шоколад по русскому рецепту, который я вычитал у того же Брийа-Саварена?
— Желаю оба! — весело заявила Флора. — Только чтобы ты потчевал меня ими в постели!
Он остановил на ней свои темные глаза, в которых сразу же заиграл огонь желания. Столько в них было неуемной, прямо-таки юношеской страсти — любо видеть!
— Покорный слуга. Все сделаю, чтобы ублажить тебя как можно лучше!
При этом в его воображении встало все, что они творили в последние сорок четыре часа, и голова сразу пошла кругом. Милое упоительное баловство с едой, когда и шоколадный мусс, и торт, и пирожные — все превращается в предмет эротических забав, потому что все это можно слизать с тела, потому что за каждый лакомый кусочек можно требовать особых ласк…
— Ты прелесть и ты так заботлив со мной, — прошептала она с кокетливой ужимкой.
— А как же иначе? Ты истинная королева красоты, и мне только удовольствие доставляет вертеться вокруг тебя.
Девушка улыбнулась немножко грустно.
— Да, отчего бы и не повертеться, если только четыре с половиной часа. Терпеть недолго!
— О нет! — искренне возразил Адам, отзываясь на грусть в ее голосе. — В моем сердце ты остаешься навсегда…
Разумеется, они пробыли вместе больше четырех с половиной часов. И Флора не хотела отпускать возлюбленного, да и он не рвался покинуть ее. Но час расставания все же наступил — через полдня — и был для обоих очень тяжел.
— Прости меня, — произнес Адам, обнимая девушку в последний раз и бессознательно заслоняя ей путь к двери, словно хотел задержать еще на какое-то время.
— Да, прошло так мало времени, — сказала она, каким-то шестым чувством угадывая, что он говорит о своем неудачном браке.
— После жизни с Изольдой нужно не знаю сколько времени, чтобы прийти в себя, — мрачно подтвердил молодой человек.
Действительно, ему хотелось просить прощения у этой прекрасной женщины за то, что он такой изломанный, такой смятенный и не готов к серьезным отношениям. Изольда нанесла такие раны, которые едва ли быстро заживут.
Все эти свары, эти унижения, эта борьба — все еще свежи в памяти, еще клубятся где-то вокруг.
Сказать по правде, Изольда до сих пор рядом с ним, она еще не окончательно покинула его.
Он по-прежнему ощущает ее мрачную тень над собой.
— Я понимаю, — сказала Флора. Изольда была причиной того, что стабильных отношений у них не получалось. И это успокаивало, ибо сама Флора привыкла следовать велениям разума, ставить перед собой ясные цели и покоряться логике, а не темным порывам души. Сейчас перед Адамом ясная цель — выдавить из себя по капле мрачное прошлое, восстановить в себе доверие к Женщине. Флора пыталась помочь возлюбленному, но дальше по этой дороге ему идти в одиночку.
— Спасибо за все, — просто сказала она. И так же убрала его руки со своих плеч и отступила назад, чтобы он мог выпустить ее из номера.
— Не за что, — ласково усмехнулся Адам. — Спасибо и тебе за все радости. Нам с Люси будет недоставать тебя.
Он открыл щеколду и толкнул дверь.
Улыбка Флоры была несколько натужной: как девушка ни бодрилась, она понимала, что скучать по ним будет мучительно — и по нему, и по его дочери. Но уж так сложилось, и сложилось правильно и по воле Флоры, что ее жизнь никогда не вращалась вокруг мужчины. И нет таких сокровищ, на которые она могла бы променять свою с трудом добытую независимость. Самые головокружительные соблазны не стоят этой выстраданной и бесценной свободы.
— До свидания, — шепнула Флора, не в силах все же сказать «прощай».
Она подхватила свой полотняный сак и выбежала вон.
14
После гибели Мигера и возвращения губернатора Клея Смита монтанская милиция была реорганизована. Численность ополчения резко сократили, а все указы покойного исполняющего обязанности губернатора касательно устрашающего расширения полномочий милиции были отменены.