Сандерс не имел ни малейшего представления, что у нее на уме. Как, очевидно, и Г. М. Молча они вышли из комнаты и спустились по лестнице. Мина направилась прямо в гостиную, где двойные двери были теперь распахнуты. Под тусклой люстрой сидел Мастерс и что-то старательно записывал в лежащий у него на коленке блокнот. Лоуренс Чейз наблюдал за ним. Оба с удивлением подняли голову, когда, не обратив на них никакого внимания, Мина вошла в комнату. На столике около эркера стоял телефон.
Она сняла трубку и положила ее на стол. Затем сжала левой рукой запястье правой, чтобы не дрожала, и начала набирать номер. На ее лице появилась уверенность.
– Коммутатор, – медленно произнесла она вслух и снова взяла трубку.
Мастерс вскочил со своего места.
– Прошу прощения, – сказал он. – Вы ведь миссис Констебль? Ну конечно! Может, скажете, что вы сейчас делаете?
– А в чем дело? – спросила Мина, поворачивая к нему свое милое улыбающееся, но сосредоточенное лицо. Затем она снова отвернулась. – Коммутатор? Я хочу заказать звонок в Лондон. Мой номер – Гроувтоп, тридцать один. Соедините меня с Центральным Лондоном, девяносто восемь семьдесят шесть. Да, пожалуйста… Что вы сказали?
Мастерс сделал всего несколько больших шагов и оказался около нее:
– Я спросил, что вы делаете, миссис Констебль?
– Звоню в «Дейли нон-стоп». Я знакома с редактором литературного отдела, писала для них когда-то статьи. Больше я там никого не знаю, но он подскажет, к кому мне обратиться. Извините. Алло! «Дейли нон-стоп»? Могу я поговорить с мистером Бертоном?
– Секундочку! – строго заявил Мастерс и положил большой палец на рычаг. Связь со щелчком оборвалась. – Простите меня, миссис Констебль.
Мина подняла глаза:
– Вы хотите сказать, что я не могу позвонить по телефону из своего дома?
– Конечно можете, миссис Констебль. Разумеется, – ласково и виновато ответил Мастерс, широко улыбаясь. – Только… знаете, может, сначала вы поговорите с нами? Мы хорошо разбираемся в таких делах и можем дать полезный совет. Что вы собирались им сказать?
Мина не стала возмущаться. При ярком электрическом свете она выглядела изможденной и усталой. Но, несмотря на отрешенный вид, продолжала крепко прижимать к груди телефонную трубку.
– Вы, наверное, старший инспектор Мастерс? – уточнила она. – Ответьте мне, какое самое страшное оскорбление вам известно?
– Сложно сказать, – рассудительно ответил Мастерс. – Если вы собираетесь применить его ко мне…
– Я хотела применить его к Герману Пеннику. – Она задумалась. – Мой муж любил заводить разговор на одну тему, которая выводила Пенника из себя. Интересно почему? Но я бы назвала его просто Мошенником с большой буквы и обычным обормотом.
– Миссис Констебль, может, все-таки отдадите мне трубку? Ага. Спасибо! Так о чем мы там?..
Мина сдалась и огляделась по сторонам. В комнате, вероятно, не было ни одного человека, чье сердце не сжалось бы от сочувствия при виде выражения ее лица.
– Я прошла через настоящий ад, – сказала она. – Ради всего святого, дайте мне хотя бы малейший шанс на реванш.
Слезы наполнили ее глаза.
Телефон щелкнул и звякнул, когда Мастерс в полнейшей тишине положил трубку на место. Через открытое окно в комнату ворвался прохладный ветерок.
– Я знаю, мэм, знаю, – сказал Мастерс с искренним сочувствием. – Но поймите, это не выход. Вы не можете просто позвонить в газету и назвать имя этого человека.
– Я и не собиралась так поступать.
– Неужели?
– Нет. Вы же знаете, – продолжала она очень тихо, – что мистер Пенник заявлял, будто он способен использовать мысль как оружие. Глупый маленький врунишка. Видите ли, мой муж был довольно богатым человеком. И я думаю, что Сэм одобрил бы мой поступок. Сэм, который никого и ничего в своей жизни не боялся. Ну хорошо, пусть эта жаба Пенник опробует свое оружие на мне. Я бросаю ему вызов. Вот что я собиралась сказать мистер Бертону. Я выведу его на чистую воду. Пусть попытается меня убить. И если у него получится, пусть все, чем я владею, отдадут любой благотворительной организации на ваш выбор. Но только ничего этого не случится. Я просто выведу его на чистую воду и сделаю хоть что-то для бедного старого Сэма. И предупреждаю, я распространю эту новость по всем газетам Англии, чего бы мне это ни стоило.
Лоуренс Чейз приблизился к ней на пару шагов.
– Мина, – проговорил он, – будь осторожна со своими высказываниями. Я тебя предупреждаю.
– Ой, чушь!
– Ты сама не знаешь, что говоришь.