– Сэр Генри Мерривейл? – спросил Пенник, уставившись своими светлыми глазами на Г. М.
– Совершенно верно. Присоединитесь к нам?
– Благодарю вас.
Он отдал плащ и шляпу официанту. В это мгновение на лице официанта особенно ярко отразилось эмоциональное состояние всех, кто собрался за столом. По его взгляду было видно, что он узнал Пенника. Забрав вещи, официант развернулся и быстро ушел.
– Мне нужно идти, – заявила Хилари. – Правда нужно. Джон, можно тебя на пару слов?
– Мисс Кин, прошу вас, сядьте, – попросил Пенник. Он говорил спокойно и вежливо, но Сандерс почувствовал, что Пенник с трудом сдерживал радостную дрожь в своем плотном теле. Удивительно, как ему удавалось производить впечатление куда более нескладного, неуклюжего и недалекого человека, чем он был на самом деле. – Нет, нет, не уходите. Даже если опоздаете на работу, все можно уладить.
– Если бы это и правда было возможно!
– Конечно! Жаль, что не все проблемы можно решить так же легко! – сказал Пенник. – Будь я королем, вы бы носили платья из солнца и луны!
– Это было бы очень мило, – произнесла Хилари, садясь.
– Как поживаете, мистер Мастерс? – поинтересовался Пенник у старшего инспектора, который наблюдал за ним с опаской, словно за котом, который обязательно должен был что-нибудь свалить. – И вы, мистер Чейз?
– Прошу прощения. Мне пора. Извините, – проговорил Чейз.
Он встал и вышел из ресторана, держась очень скованно. Свой плащ он накинул на плечи и даже не потрудился надеть его. Все видели, как, выйдя из ресторана, Чейз остановился и стал оглядываться по сторонам, словно не зная, куда именно ему нужно идти. Он был без шляпы, и дождь тут же намочил его уже начавшую лысеть голову. Затем Чейз столкнулся с кучкой праздношатающихся, которые столпились под козырьком у входа и заглядывали в ресторан.
Без сомнения, назревало нечто очень серьезное…
– Я сожалею, – продолжал Пенник, снова сосредоточивая свое внимание на Г. М., – я искренне сожалею, что не смог встретиться с вами в «Черном лебеде». Мне очень хотелось с вами познакомиться. Но вы же понимаете, что в тот момент вы отвлекли бы меня от чего-то очень важного?
Г. М. закурил сигару.
– Не нужно извиняться, сынок. Кстати, что привело вас сюда?
– Если честно, то я шел за мисс Кин.
– Так это были вы… – сказала Хилари.
– Ехал за вами на такси? Да, моя куколка, к несчастью, это был я. Мне нравится на вас смотреть. Честное слово, мне очень нравится смотреть на вас, если вы понимаете, что я имею в виду. Вы так вдохновляете! Благодаря вам я чувствую, что даже скромный парень вроде меня способен на великие свершения.
Лицо Хилари вспыхнуло, но она не решилась что-либо ему ответить. Пенник развел руками:
– Когда я увидел, что все наши… э-э… протагонисты собрались здесь, я просто не смог не присоединиться. К тому же мне очень хотелось увидеться со старшим инспектором Мастерсом.
Мастерс распрямил спину и замер.
– Я хотел задать ему один вопрос, – объяснил Пенник.
– Если здесь кто-то и может задавать вопросы, – прервал его Мастерс, – то, с вашего позволения, это буду я. А у меня есть к вам вопросы, мистер Пенник. Что вы делаете в Лондоне? И где вы сейчас проживаете? Это на случай, если нам понадобится с вами связаться. В последний раз вы останавливались в отеле «Черный лебедь». А теперь?
Пенник улыбнулся:
– Нет, там я не живу. У меня есть квартира в Блумсбери – очень скромная, но меня вполне устраивает. Я напишу вам адрес. А у вас, мистер Мастерс, я хотел спросить следующее. Вы не станете возражать, если я покину страну?
Кажется, Мастерс легче перенес бы удар в солнечное сплетение, чем такой вопрос.
– Покинете страну? – охнул он. – Да, сэр, возражения будут, и еще какие. Если вы рассчитывали поднять весь этот шум, а потом тихонько улизнуть, то совсем скоро убедитесь, что ничего у вас из этого не выйдет.
Пенник снова улыбнулся. И хотя все это время он не сводил влюбленного взгляда своих маленьких светлых глазок с Хилари, слова инспектора не ускользнули от его внимания.
– Не переживайте, мистер Мастерс, у меня нет намерений вас покинуть. Я лишь хотел на несколько часов посетить Францию. Меня удостоили большой чести, пригласили участвовать в радиопередаче…
– А, да, да, – со злобной усмешкой сказал Мастерс. – Помню. Ее спонсирует производитель сыров, верно?
Пенник громко рассмеялся. Выглядел он при этом странно, как будто его лицо не привыкло к смеху, и теперь, от этого нового действия, на нем возникли странные морщинки. Судя по всему, Пенник испытывал искреннюю симпатию к старшему инспектору. Он вообще ни на кого не держал зла.