– Господин коронер.
– Да-да? Минуточку.
На этот раз полиция за окном перешла в наступление. Ноги за окном бросились в разные стороны. Председатель оглянулся с таким видом, словно его мысли умчались вместе с ними. Затем снова взял себя в руки и насупился.
– Господин коронер, – повторил он, – прежде чем зачитать наш вердикт, могу я задать вопрос?
– Да, да, конечно, если считаете это необходимым. Что вы хотите знать?
– Господин коронер, вы примете любой наш вердикт?
– Конечно.
– Некоторые из нас не совсем уверены, – продолжал председатель. – Законы – штука сложная. Есть ли вероятность, что какой-нибудь судья или апелляционный суд сможет отменить наш вердикт, признав его ни к черту не годным?
– Нет, конечно. И я не вижу причин выражаться здесь подобным образом, господин председатель. Поймите, это не суд как таковой, а дознание, и я должен действовать в соответствии с вашим решением. Но, без сомнения…
Председатель глубоко вздохнул и поднял свою большую руку, прерывая дальнейшие объяснения.
– О, это все, что я хотел знать. – Он взглянул на бумагу, которую держал в другой руке. – Мы, присяжные, – объявил он громовым голосом, – пришли к заключению, что смерть покойного наступила в результате умышленного убийства, совершенного Пенником с помощью телесилы…
Коронер вскочил. Это было незабываемое зрелище. Вердикт так взволновал его, что он забыл о лампе, висевшей над столом, и стукнулся лбом о тонкий белый плафон, раздался звук, похожий на звон колокола. Чтобы лампа перестала раскачиваться, коронер схватился за провод и закричал:
– Господа, прошу вас, одну минуту!
– Я же говорил, что ему не понравится, Тед, – раздался чей-то голос.
– Конечно, я не могу влиять на ваш вердикт. И у меня даже нет такого желания. Вы сами должны оценить факты, не я. Но прежде чем ваш вердикт будет зарегистрирован, я умоляю вас остановиться и подумать. Вы просите меня предать мистера Пенника суду по обвинению в убийстве?
– Да, мистер коронер.
– Но вы понимаете, что такой процесс обернется фарсом? Вы понимаете, что суд не признает его виновным?
Маленький рыжеволосый присяжный вытянул шею.
– Тогда стыд им и позор! – заявил он. – Если убийце позволят разгуливать на свободе, во что мы все превратимся? Нам все равно, что говорят врачи. Это же в газетах, во всех! А раз обо этом пишут газеты, значит тут уже не политика, а настоящая правда. Даже «Дейли уайелес» об этом написала, хотя газета-то консервативная. Там было интервью с одной большой шишкой по имени сэр Генри-какой-то-там. И если убийцу не смогут осудить, то это уже их проблемы, их позор. Мы со своей стороны сделали все, что могли.
– Правильно сказал, Чарли! – послышался одобрительный голос.
– Но, джентльмены, я в последний раз умоляю вас остановиться и подумать! Вы хотя бы представляете, во сколько обходится налогоплательщикам процесс по делу об убийстве?
– И во сколько же? – снова послышался одобрительный голос, теперь уже с нотками заинтересованности.
– Это не имеет никакого отношения к нашему дознанию.
– Но вы сказали, что имеет, – возразил одобрительный голос.
– Ну раз вы так настаиваете, то, думаю, около пяти тысяч фунтов.
– Пять тысяч фунтов?
– Да, джентльмены, около того. А теперь послушайте, неужели для вас это ничего не значит?
Лицо председателя помрачнело.
– Еще как значит, – ответил он. – Раз они все равно постоянно спускают деньги в канаву, то, скажите мне, почему бы им не потратить хоть немного на поддержание закона и порядка в этой стране? В мой бар вчера приходил один джентльмен – упитанный такой, говорил правильные вещи. Так он сказал то же самое. Раз они все равно спускают…
Коронер опустил голову:
– Не будем больше продолжать эту дискуссию, джентльмены. Я готов выслушать ваш вердикт.
Он с мрачным видом слушал, пока председатель вновь зачитывал вердикт. Сандерс не сводил глаз с его лица, не смея взглянуть ни на Г. М., ни на Мастерса, ни на Пенника, сидевшего между ними. Бледное вытянутое лицо коронера ярко освещала лампа у него над головой, и Сандерс был готов поклясться, что на мгновение на нем мелькнула улыбка.
– Спасибо, господин председатель. В зале присутствует представитель полиции, который ведет это дело?
Мастерс встал со своего места в конце темной комнаты.
– А, старший инспектор? В силу данных мне полномочий поручаю вам задержать…
– Он здесь, сэр, – ответил Мастерс, кладя руку на плечо Пенника. – Встаньте, мистер Пенник. И подойдите к коронеру.