Светлана сделала недовольное выражение лица и огляделась. У нее был непотребно эффектный вид. Яна просто привлекала внимание мужской части населения. Их разговор выглядел странно даже для Москвы.
- Из каких ваших? Твоих или Валериных?
- Ни тех, и ни тех.
Собрание еще не состоялось. Только интуитивно Светлана почувствовала невидимую грань между участниками конфликта. Чтобы она разобралась, в чем дело, требовались объяснения. Пока что на них не было времени. Выражаться по делу Яна панически боялась. Ее шифр отродясь не слышавшая о стеснении Светлана не понимала.
- Так. У вас есть еще третьи не ваши?
- Да. – кивнула Яна. – Она как Московская душительница.
Разговор невежливо прервался. За их столик без спросу сели дворовые мальчишки.
- Смотри, какие девчонки появились у нас на районе. – гнусаво сообщил один.
- Вы офигели? – подпрыгнула Светлана. – Я здесь всю жизнь работаю!
- Мамаша, спокойно. – отмахнулся второй. – Не про вас речь.
- Пошлите отсюда. – попросила Яна. Голос у нее был тихий, но глаза у худышки были огромные и глубокие. В них можно было утонуть. Как и наглый Павлик, Яна могла использовать свой дар немного иначе, но до сих пор опасалась делать это. Ее гипноз по сравнению с Московской душительницей был минимальным, но он подействовал, и хулиганы в растерянности дали им уйти.
- Как ты это сделала? – поинтересовалась Светлана, когда они второпях дошли до ее машины.
Яна не ответила. Только таинственно опустила очи.
Валерий и врачи.
Врачи тихонько сидели подальше от журналиста. Валерий выглядел взъерошенным, глаза горели, и привычной любви к жизни в них на этот раз не было.
- Итак, вы ответили на вызов. – командным голосом, не свойственным ему, рявкнул он.
- Это не мы. – пискнула завотделением, обычно достаточно спокойная по поведению дама. – Это наш диспетчер.
- Это вы. – холодно констатировал журналист. – Ребенок позвал на помощь. Дал координаты.
- Так точно.
- Вы не поехали.
- Мы поехали. – возразил совершенно невозмутимый медбрат. – Мы нашли координаты.
- И?
- Ее там не было.
- Что вы мне заливаете. – журналист хлопнул ладонью по столу так, что дождь, шедший за окном, стих.
- Мы нашли. – спорил медбрат. – У нас навигация подтвердит.
- Как вы могли Валерий закусил губы. Он понимал, что раздражен, и что окружающим это было видно. Ему было неловко. Перед ним лично врачи ничем не провинились. И они явно пытались отнестись к нему со вниманием.
- У вас во дворе установлены камеры. Они сняли девочку, пока она шла к вашим дверям. – попытался разобраться он.
- А они сняли. Но тут вышла неприятность, и эти записи все сгорели. – попыталась объяснить заведующая.
- Что вы мне заливаете? – раздраженно спросил Валерий. – Я хорошо знаю, что такое пленки.
- Послушайте, они правда сгорели. Мы их утилизировали.
Валерий долго сверлил компанию взглядом.
- Вы так плохо выглядите. – всплеснула руками заведующая. – может, укольчик?
Слова врача словно вернули журналиста на землю. Он поморгал и еще раз осмотрел собравшихся.
- Труп где?
- Пока в морге. Родители заберут вечером.
- У нее есть родители? – зачем-то спросил Валерий.
- Только мама. – ответила заведующая.
- Труп надо осмотреть. – заявил Валерий.
- Труп? Вам осмотреть? А у вас сил на это хватит?
Валерий призадумался. Он мог проводить только поверхностные осмотры и немного привык к ним. Зрелище было тяжелое. Он пытался относиться к таким событиям как к урокам жизни.
Труп выглядел серо и угнетающе. Валерий молча стоял над ним. Худенькое тельце, явное недоедание, бедная одежда. Ребенок был из неблагополучной семьи. По опыту Валерий знал, как отличить болезненную кончину. И сейчас случай был именно такой. Бегло оглядев тело, он понял, что ноги оказались в непривычном положении. Такое происходит, если человек принял галлюциногенные средства. Кто дал их ребенку – большой вопрос.
Когда ему дали осмотреть вещи, он нашел телефон и скопировал навигацию. В номерах нашелся один, который набирали наиболее часто. Неприятная, тяжелая процедура длилась недолго, но ему давалась очень тяжело.
Ему было ясно, что персонал не виноват. Машина поехала на вызов, по данным – к коллектору. Он был один. Там никого не нашли. Машина поездила вокруг и вернулась. Был еще старый коллектор, где, скорее всего, и находилась девочка, но она этого не знала, и во время вызова просто сказала, что рядом слышен шум. Потом девочка, которая по телефону жаловалась ,что у нее упало давление, приползла к больнице. Ей никто не открыл, и она скончалась от низкого давления и переохлаждения. Печальное событие долго не забудется.