В этот раз произошло именно это. Совершенно обессиленный Валерий спал и видел десятый сон, когда его разбудил звонок.
- Хоть бы Анжела, хоть бы Анжела… - потирая глаза, бормотал журналист. Но жестокая реальность не исполнила даже эту его невинную просьбу.
- Валя! Это я. – заявила трубка. Немедленно впавший в негодование эмпат подумал, не отправить ли негативные эмоции обратно тому, кто их ему прислал. Он сразу узнал голос. Однако кое-какая моральная подготовка у журналиста была, и он попытался привести нервную систему в порядок.
- Тебе чего? – противным голосом спросил он.
- Мне вообще ничего. – нагло ответила знакомая практикантка из больницы. – И с тебя вообще взять нечего, кроме анализа.
- Тебе нужны мои анализы?
- Боже сохрани! Я тут записи смотрела и нашла одну любопытную вещь.
- Какие еще записи?
- Видео.
- Слушай, ты можешь нормально объяснить? Не так сухо.
- Не сухо? У меня есть связи с одним санаторием на юге. У них там видеокамеры от охраны. На них записалась девушка, которая была на пляже.
- Живая или мертвая?
- Ну, она шла. – растерялась Инга. – Слушай, если тебе нужны записи, приходи, разбирайся сам, а то я их уничтожу.
- А ты что, специалист по уничтожению записей?
- Юморист, блин. – хмыкнула практикантка и положила трубку.
Валерий застонал, забурчал и поехал к Инге. Естественно, брать с собой он никого не решился.
- Вот, смотри. – нагло заявила практикантка, тыча ему в нос очень плохой записью. У нее был айфон, и он был хорошего качества. Это запись плыла и волновалась, моргая и исходя пятнами.
- Что это – Валерий отдалил от себя экран.
- Это вечер перед убийством.
- Как к тебе это попало?
- Слушай, я тоже хочу ходить по улицам спокойно. Мне эта ваша ненормальная душительница не нужна.
Валерий, которому пришлось ночью ехать непонятно куда, обиженно засопел. Инга, встретившая его в халатике и с потрепанной головой, смотрела тревожными, но горящими от предвкушения приключений глазами.
- И что? – наконец спросил он.
- А вон, глянь. – кивнула Инга.
Валерий опять приблизил экран к самому носу, а потом снова отодвинул. На нем две девушки гуляли в компании ребят. Уже темнело, вокруг горели огни местной дискотеки. Когда они уже скрылись из виду, мимо едва заметно прошмыгнули люди в черном. Валерий протер глаза.
- Что, привидение увидел? – усмехнулась Инга.
- Да вроде того. А какого числа сделаны записи? – попытался разобраться Валерий, но только еще больше запутался.
Записи были сделаны недавно. Убийство на пляже произошло после нападения на Максима и Фредди. И он вспомнил, что кажется, дети говорили что-то про двойников людей в черном. Значит, Инга и Светлана правы, и эти дела связаны.
Тайная лаборатория и Московская душительница.
Начальник Фредди и Максима безучастно смотрел в окно. Унылая погода и безликий многолюдный город особо подчеркивали выражение его лица. На самом деле, объект, вышедший из-под контроля, привел руководящий состав в состояние паники. Внешне руководитель пытался никак это не показывать. Только те, кто знали его лично, понимали, что происходит на самом деле.
За окном медленно двигался тощий женский силуэт. В здание она не пойдет, но от того, что Московская душительница будет ждать его у входа, легче не становилось.
Его выбило из колеи происшествие с двумя сотрудниками лаборатории. Сам руководитель, как и они, не имел к науке никакого отношения, их задачей был контроль. Освободившаяся Московская душительница не входила в планы. Заманить девочку не составило труда. Потом искателя, который ею занимался, пришлось устранить. Конечно, Михаил Витальевич надеялся, что это будет временно, но фотографии с места происшествия были печальными. Ему казалось, что Николаса они больше не увидят.
И совершенно не входило в планы руководства лишаться Фредди и Максима. Эту парочку Михаил Витальевич выбирал и курировал лично. К счастью, по данным сохраненных ДНК лаборатория создала клонов, которых небольшая кучка сердобольных повстанцев в Москве, относящаяся к искусственным людям дружелюбно, называла двойниками. С генетическим материалом образцам передавалась часть памяти. В чем-то клоны подходили для такой работы больше. Только большой практический опыт подсказывал, что человеческий фактор в сложных ситуациях всегда важнее, и именно он до сих пор помогал тайной лаборатории оставаться в тонусе.
Медлить не стоило. Михаил Витальевич быстро покинул кабинет и, стараясь вести себя неприметно, пошел по коридорам. На невзрачном на вид, но полностью модернизированном лифте он поднялся наверх и, не высовывая рук из карманов, пошел по сырой улице. Из серой дали на него пошел тонкий силуэт. Михаил Витальевич скользнул через темную арку в домах и пропал в метро.