Николай и Валерий. После убийства.
Николай стоял у дома Валерия и смотрел на окна. В квартире журналиста был свет, но очень приглушенный. Может быть, это был телевизор или компьютер. Озадаченно он набрал номер. Валерий ответил сразу:
- Привет. Тебе чего?
- Здорово. А че ты не спишь? – выдал Черный колдун.
- Поспишь с вами! – рявкнул Валерий.
- Ладно, ладно. Я тут у твоего дома стою, там свет мигает.
- Ну, там этот, ботаник.
- Кто? – не сразу понял Николай, о ком так отзывается журналист Владимир, который был еще больший ботаник, чем лаборанты.
- Ну, ваш руководитель.
- Вообще-то, как зовут твоего руководителя, я запомнил. – обиженно пробубнил Николай вслед выключенному звонку.
Он еще раз перечитал послание. Именно ему успел написать руководитель лаборатории перед нежданным визитом. Николай давно забыл, что это означает – дружба. Он был занят. Ему нравилась его работа, и у него была сила. Теперь у него еще появилась компания, и новая обстановка наводила панику. Внешне он пытался держаться, понимая, что это у него плохо получается.
Сейчас ему было неудобно вламываться в квартиру к человеку ночью. Это чувство было ему вновь. До сих пор ради работы он шел к цели не задумываясь.
- Эта история плохо на меня влияет. - пробормотал он.
- Эта история плохо для него закончилась! – раздался трагический женский голос.
Николай замер. Он понял, что сейчас услышит что-то важное.
- Понимаете, сижу ночью на кухне, чай пью. И слышу мимо окна – как ветер. Выглянула, ничего не понимаю – все нормально. Дорожки метеные, улица тихая. И потом увидела этого, над лестницей.
Николай настороженно рассматривал говорившую. Соседка или жительница подъезда. Бабушка – божий одуванчик. Удивившись, что он откуда-то узнал это слово, Николай постарался прикинуться тенью, но с его ростом это всегда плохо получалось.
Женщина замолчала. Объяснялась она с тем, кого сейчас Николаю было очень нежелательно видеть. На вид – местный страж порядка. Николай кисло улыбнулся, поняв, что они смотрят на него во все глаза.
- Кто такой? – почти вежливо поинтересовался сотрудник органов – ровесник Михаила Витальевича, который, судя по всему, трагически погиб в результате несчастного случая.
- Я к другу. – пискнул Николай.
- Дайте-ка ваши документы, друг друга. – потребовал страж, оглядев Николая.
Николай мужественно перенес процедуру. про то, что упавший из окна был из квартиры Валерия, он ничего не сказал. Участковый сам позвонил Валерию и, витиевато пытаясь не выражаться, сообщил журналисту о задержанном.
- Он у меня бывает. – объяснил журналист по телефону.
- В ночное время? Под окнами? – продолжал допытываться участковый. Николай сидел в позе Аленушки, свесив тонкую руку с длинными пальцами.
- Че ты пристал? Ты же знаешь, у меня такая работа.
- Он себя выдавал за твоего друга. – упрекнул участковый сразу обоих.
- Ну, да. Под окнами ночью тусуются только друзья.
- Твой друг сильно похож на сатаниста. – предупредил участковый.
- Слушай, пусти ты его. Считай, что я удостоверил его личность.
- Да у него и без тебя документы есть. – признал участковый.
Николай был отпущен. Нельзя сказать, что он сомневался в результатах. Несмотря на казавшуюся разницу, он видел в Валерии много общего со своими взглядами. Его бесила уверенность охотника в том, что стоит только захотеть – и все вокруг будет как тебе надо, только придется приложить к этому усилия. Несмотря на это, ему была ясна конечная цель всех злоключений. По долгу службы он понимал, что лучший способ не сталкиваться с проблемами – не создавать их себе. А им еще предстояло разбираться с гибелью начальника лаборатории.
Новости Димы.
- Слушай. Я про Димкиных друзей уже спрашивать боюсь. – признался отец.
- Да ладно. Нормальные друзья. Особенно Валерий, ты же его давно знаешь. Никогда ничего такого не выкинет.
Чета сидела ночью перед окном и говорила едва слышно. Дима, как они надеялись, почивал в соседней комнате. В это время в дверь позвонили.
- Драсьте. Я к Диме.- заявил взлохмаченный журналист.
- А он спит. – попытался воззвать к разуму журналиста папа, явившийся прямо в пижаме.