Джон Стейнбек, "О мышах и людях. Квартал Тортилья-Флэт "
Ихний Стейнбек - это наш Довлатов. Лаконичный, ироничный... мастер неожиданной развязки. Его хочется называть новеллистом и беллетристом. У Стейнбека, как у Довлатова, хорошо получается формулировать банальные вещи. То есть в ткани романа они выглядят органично, уместно. В то же время взятые отдельно не поражают воображение. Из двух предложенных вещей повесть "О мышах и людях" произвела лучшее впечатление. Тут есть над чем подумать. Или во всяком случае просто порадоваться тому, что ты - не слабоумный, нормальный человек... А "Квартал Тортилья-Флэт" читать вовсе не хотелось. Какая-то поэтизация алкоголизма и тунеядства. Для человека нашей культуры все, описанное в романе, как-то слишком "лайт"... и не кажется особо смешным. Да и тема войны с Германией не кажется хорошим поводом для шуток. Я понимаю, что для американцев все иначе. Но я не американка.
Алексей Зверев, "Пантелей"
Небольшой рассказ, прочитанный в детстве, на всю жизнь стал для меня одним из самых страшных . Нет, в нем нет ни фантастики в духе Стивена Кинга, ни извращений в стиле Зюскинда и маркиза де Сада, здесь просто описано детство мальчика из обыкновенной, многодетной крестьянской семьи... Его отношения с родителями и братьями, построенные на праве старшего, его "работы", вроде чистки коровника и "няньканья" с младенцем-племянником, вообще обыденная, обыкновенная жизнь ребенка того времени. Но читается с позиций сегодняшнего дня как чистой воды ужастик. И слишком хорошо видны причины "жестокого обращения" со стороны родных: тяжелый, безрадостный труд, нужда, безграмотность, эмоциональное выгорание, многодетность. И невозможно вроде как до конца их осуждать (не осуждает их вполне и рассказчик). Но и оправдать не получается - никто не имеет права так обращаться с ребенком. Да и вообще с человеком.
Сигрид Унсет, "Легенды о короле Артуре и рыцарях Круглого стола"
У меня сложилось впечатление, что передо мной сухой конспективный пересказ трехтомника Мэлори. Обещанного в аннотации психологизма я что-то не приметила совсем. Возможно, книга и будет полезна тем, кто не знаком с кругом легенд о короле Артура, но я бы все же посоветовала другое издание.
Хелен Саймонсон, "Последний бой майора Петтигрю"
Неплохой роман о жизни современной Англии. Я бы не назвала его обязательным к прочтению, но интересующимся английской культурой и литературой он будет интересен. Повествование построено как любовная история двух немолодых людей, и в этом его необычность. Любовь на склоне лет в классической литературе изображали редко, а если и делали это, то обычно в комическом ключе... Но здесь все вполне всерьез и очень трогательно. Читая, видишь, как много схожего у нас всех, как близки наши общества, я думаю, ближе, чем когда бы то ни было в истории. У нас одни и те же проблемы: ксенофобия, вечное взаимонепонимание отцов и детей, причем уже отцы вынуждены отстаивать свою жизнь, защищаясь от выросших детей... Да, в России нет лордов и это отчасти грустно, но и в Англии, и в России военные в отставке остаются где-то на обочине жизни. Как и все пенсионеры, впрочем. Эта книга о том, что на пенсии жизнь не заканчивается.
Джоанна Элиот, "Мировая литература в инфографике"
Странная и поверхностная книга в плохом переводе. Я не специалист по английской литературе, однако информация, касающаяся буквально нескольких русских имен, названных в издании, не внушает доверия. К примеру, глаз зацепился за "роман" Достоевского "Дом мертвых". Очевидно, имеются в виду "Записки из Мертвого дома". Если уж переводчик не знает названий произведений Достоевского, неужели так сложно проверить хотя бы по Википедии? И, конечно, "Записки..." никакой не роман, а документальное повествование, обрамленное традиционной рамкой "эту рукопись передал мой друг". В другом месте "Записки" названы верно, зато говорится, что написаны они в тюрьме, куда автор попал из-за распространения революционной литературы. Тут две ошибки сразу, "Записки" создавались уже после каторги, во время солдатчины, и никакую революционную литературу Достоевский, конечно же, никогда не распространял. По делу петрашевцев он проходил как человек, публично читавший знаменитое ответное письмо Белинского Гоголю, в котором Виссарион Григорьевич утверждал глубокую атеистичность русского народа.... И с чем Федор Михайлович и в молодости был не согласен. Далее оказывается, что и "Один день Ивана Денисовича" был написан тоже в тюрьме. Или вот график, на котором приводится колоссального масштаба статистика: сколько в среднем часов тратят граждане какой-либо страны на "компьютер" и на "книги". Данные приведены по результатам некого "опроса". Кто его проводил, насколько достоверен сам метод в данном случае... Все это остается за рамками, главное впечатляющая картинка. В общем, закономерно встает вопрос, а не того ли качества и остальная информация, представленная в книге?