Но им все эти блага не нужны.
Зачем желать того, чего не знаешь.
Живут без Бога и без Сатаны.
Раскрасят тело словно попугаи,
Забыв при том напяливать штаны.
Им даже одеваться неохота,
Лежат весь день в воде как бегемоты.
Но если честно, я не прочь бы сам,
Переселиться в фиговый вигвам.
Валяться на песке близ океана,
Подальше от британского тумана.
Они по воду бегаю на пруд,
У них есть солнце, берег океана.
Ленивы крайне, их не кормит труд.
Лежат на пляже, ждут, когда бананы,
На головы им сами упадут.
Не знают ценность жёлтого металла,
Всё нужное природа им послала.
Неплохо так на белом свете жить,
Но это право нужно заслужить.
Кто уповает на любовь и счастье,
Тот должен покориться нашей власти.
Так повелось на свете с давних пор.
Землёю правит меч и парабеллум.
Для непокорных плаха и топор,
А негодяи взяли лук и стрелы,
И дали нашей армии отпор.
Внезапно голозадые бригады
Разбили снаряжённые армады.
Как получилось, что смогли сломать
Прекрасную обученную рать?
Наверное, пьянящая свобода
Залог непобедимости народа.
Размышления Коку-Коки
Твердят, что я пройдоха и смутьян,
Бездельник, бузотёр и провокатор.
С утра до ночи беспробудно пьян,
И силюсь от восхода до заката
На бунт уговорить островитян.
Пусть я алкаш, но я всему народу,
Раздать решился огненную воду,
Когда нежданно огненный вулкан,
Накрыл тирана подлого вигвам.
В отсутствии Сизи-Бузи — сатрапа,
Стремглав пустились наутёк арапы.
Всё усложняют эти господа,
А жизнь проста как медная монета.
Должно делиться поровну всегда
Между людьми имущество планеты.
Тем более пьянящая вода.
Пожалуй, это будет справедливо.
Все будут жить прекрасно и счастливо.
А если недостаточно для всех
Допустим водки, невеликий грех.
Я кое-что припас в одной пещере,
И выставил охрану возле двери.
Теперь нет никого меня главней,
На острове, и я сказал народу,
Что нет задачи для меня важней,
Чем поделить всю огненную воду,
По праву и по чести меж людей.
А мне она нужнее для леченья,
Чем тем, кто пьёт её для развлеченья.
Коль я с утра не выпью литра два,
Страдает от мигрени голова.
А мне всё время думать нужно, братцы.
И должен же я чем-то выделяться.
Ведь я немалой властью наделён.
Руковожу, на старой бочке стоя,
А на меня глядят со всех сторон.
Я ощущаю сам себя героем,
И речь толкаю, словно Цицерон.
Тех, кто готов вести людей — немного,
А кто-то должен указать дорогу.
Кто рубит лес или таскает плуг,
Тому об этом думать не досуг.
Вот я как Цезарь, и Платон отчасти,
Готов взвалить на плечи бремя власти.
Размышления Сизи-Бузи
Я важная персона — царь и Бог.
Ну, пусть не Бог, но очень близок к Богу,
И требую усиленный паёк,
Чтоб мог перстом указывать дорогу.
Хотя всем смертным это невдомёк.
Как тяжело руководить страною,
И мучает бессонница порою.
Мне чтоб поспать немного, хоть чуть-чуть,
Приходится сто грамм принять на грудь.
Я думаю, что тех, кто лямку тянет,
Благодарить должны островитяне.
Я должен говорить с трибуны речь,
И нужно как-то удалять усталость.
Чтоб снять заботы праведные с плеч
Усиленный паёк такая малость,
Что можно этим просто пренебречь.
И выделять меня как VIP-персону.
Никто пока не изобрёл закона,
Как править, если горькую не пьют.
Ведь нужно чем-то успокоить люд,
И погасить народное волненье.
А я постиг науку управленья.
Народу нужно зрелище и хлеб, —
Сказал мудрец, но это заблужденье.
Он был наверно близорук и слеп,
Ведь людям нужно только развлеченье:
— Весь мир огромный праздничный вертеп.
Чтоб силы были топать по дорожке,
Достаточно лишь маленькой лепёшки,
Банан, или кокосовый орех,
Но лишним никогда не будет смех.
Ведь чем смешнее у шута гримасы,
Тем сча́стливей живут людские массы.