Всегда народу нужен благовест,
А сам я никому не буду нужен.
Повиснет на груди нательный крест.
Молитвы гул — многоголос и дружен,
Польётся в уши Бога с разных мест.
Все будут ждать пришествия второго.
Но если б я пришёл на землю снова,
И начинал неспешный разговор,
Толпу, сбирая на горе Фавор,
Недолго б простоял на пьедестале —
Меня бы снова на кресте распяли.
Размышление поэта
Кто мне ответит на простой вопрос?
Как можно верить в то, чего не видно?
Порой, не видя белизны берёз,
Мы отрицаем то, что очевидно,
Живя во власти вымысла и грёз.
А то, что мы считаем невозможным,
Мы априори почитаем ложным.
Ну, кто поверит, что огромный кот
Кондуктору монету подаёт.
Скажи такое другу за обедом,
Сочтёт его приятель пьяным бредом.
А может я, с ума сошёл уже?
Но кто решает, что такое норма?
Гуляю по столице в неглиже.
А может у меня такая форма,
Или поэт сегодня в кураже.
Смешно о вкусах спорить и фасонах.
Но что же неприличного в кальсонах?
Нас держит этикет от — сих до — сих,
Но ведь поэт всегда немного псих.
Вы можете в уме прикинуть сами.
Какой нормальный говорит стихами?
Но был ведь тот огромный жирный кот,
Все было перед ясными очами.
Меня от страха все ещё трясёт.
Такое будет приходить ночами,
И будет бить меня холодный пот.
Но всё равно, хоть это неприятно,
Становится доступно и понятно.
Ведь там не обошлось без сатаны,
Все остальные мысли не важны.
А я сижу в заношенном халате,
И думаю о Понтии Пилате.
А по Москве гуляет Сатана,
И я остановить его не в силах.
Милиция ловить его должна,
Кого ещё сведёт злодей в могилу,
И будет в этом и моя вина.
Мы все должны на зло искать управу.
Нельзя быть в стороне, идет бой правый.
Столкнуться с силой должен лиходей.
Ведь фронт проходит по сердцам людей.
Поэт всегда протест, мятеж, крамола.
Он должен жечь сердца людей глаголом.
Мы подлость, трусость видели не раз.
На свете у добра врагов немало.
Порою жадность, зависть мучит нас,
И отступать пред ними не пристало.
Тем более в такой тяжелый час.
И отказаться от борьбы неверно,
Обязаны стихами бить мы скверну.
Должны весь мир поставить на ребро.
Ведь без борьбы не победит добро.
Подняться на борьбу должны поэты,
Чтоб вылечить безумную планету.
Размышления Берлиоза
О, чёрт, какой нелепый реверанс,
Когда разлито масло на дороге.
Безжалостный электро-дилижанс
Грохочет близко, поскользнулись ноги
Забрав, последний безнадёжный шанс.
Мелькает мостовая пред глазами,
Как будто мяч пинают сапогами.
А голова моя как этот мяч,
По грязной мостовой несётся вскачь.
Какое это сладкое мгновенье —
Познать такое быстрое движенье.
От торса отделилась голова.
На рельсах тело бренное забыто.
Но коль роятся мысли и слова,
И даже не лишился аппетита,
Пожалуй, голова моя жива.
Я словно оказался в колыбели,
Хотя кружится всё как в карусели.
Но существует разум мой и нрав,
А значит — «иностранец» был не прав.
Хоть что-то здесь, пожалуй, и нечисто:
Не всё понятно мне как атеисту.
Судьбу мою поведал точно он,
Грядущее раскрыв как очевидец.
Как будто правду был осведомлён.
Кто он оракул, маг, пророк, провидец,
Или простой болтун и фанфарон?
Он словно видел в будущее двери,
И в сказанное им так твёрдо верил.
Но как же можно будущее зреть,
Когда и прошлое ведомо лишь на треть.
А может и от трети десятина,
Или совсем неверная картина.