— А я увидел изящный темный силуэт на светлом фоне. И сразу вспомнил Терпсихору.
— Не помню, чтобы я стояла на одной ноге, подняв руки вверх, — улыбнулась Нина.
Руслан протянул руку и переставил одну из свечей. Теперь она стояла позади статуэтки, оттеняя ее контур. Бронза мерцала в дрожащем пламени свечи, и статуэтка как будто ожила…
— Красиво, — произнесла Нина.
— Но ты в тысячу раз красивее, — прошептал Руслан.
Ладонь Руслана легла на ее руку, и в этот раз Нина не отшатнулась. Его рука скользнула дальше, коснулась шеи, волос, оказалась на талии. Он обнял Нину и притянул к себе. Их губы почти соприкоснулись, но в последний момент Руслан остановился, как будто желая убедиться, что Нине этого хочется так же, как и ему. Да, ей очень хотелось его поцеловать! Это казалось естественным продолжением замечательного романтического вечера. Нина уже не скрывала от себя, что ее невероятно тянет к Руслану. Она забыла обо всем на свете, сейчас в целом мире, погруженном во тьму, были только они двое — и через мгновение их губы соприкоснутся…
Но этого так и не произошло. Вместо того, чтобы поцеловать, Руслан вскочил и начал лупить ее диванной подушкой.
Нина ошеломленно уставилась на него, ей показалась, что она попала в сюрреалистический сон. Неужели он еще один маньяк и извращенец? Но она никогда не слышала о таком виде извращений как битье подушками… Нина попыталась встать, но Руслан закричал:
— Не двигайся!
И снова замахнулся на нее подушкой. Только в этот момент она поняла, вернее, увидела, что происходит. Свеча, стоявшая ближе всех к ней, упала, и пламя перекинулось на платье. Хлопчатобумажная ткань прекрасно горела, и огонь быстро подбирался к ее бедру…
Руслан еще несколько раз ударил по пламени подушкой, и оно, наконец, затухло. Нина вскочила и обнаружила, что у ее платья полностью отсутствует левая половина подола, от нее остались лишь обгоревшие лохмотья. Она посмотрела на испуганного Руслана с подушкой в руках, на свое платье, снова на Руслана… и расхохоталась. Вот уж подходящее завершение романтического вечера!
Чем активнее шла подготовка, тем сильнее Игорь сомневался, что это сработает. Он все-таки купил в супермаркете свечи — целый пакет разных, потому что не мог выбрать, какие лучше. А Пашка уже договорился с администратором, и продемонстрировал Игорю вполне приличную мебель, которую им нужно будет завтра отволочь на крышу — стол со стеклянной столешницей и плетеные кресла из ротанга.
— Сам потащишь, — заявил Пашка. — У меня грыжа.
— Угу, — буркнул Игорь.
А что, если Нина не придет? Вдруг что-то помешает. Или кто-то. Например, Оксана…
— Ты придумал, что делать с Оксаной? — спросил он Пашку.
— Придумал. Сжечь ее надо. На костре. Умные люди так и делали, давно, в Средние века.
— Смотри, как бы она сама тебя не подпалила…
Пашка бросил на Игоря испуганный взгляд.
— Что, симптомы еще не появились? — подлил Игорь масла в огонь. — Чувствуешь себя подпорченным?
— Чего?
— Ты же уверен, что она на тебя порчу навела…
Пашка замер, прислушиваясь к своим ощущениям.
— Да, не знаю… Вроде, все как обычно. Вот только в животе что-то булькает.
— Точно, это оно.
— Ты думаешь?
В глазах Пашки опять промелькнул испуг.
— Дебил ты, Палыч, — вздохнул Игорь. — Налопается шаурмы на набережной, а потом булькает у него…
Игорь снова погрузился в невеселые размышления. А вдруг Нина придет, но все пойдет не так, как он задумал? Скорее всего, так и будет. Все это совершенно по-дурацки. Крыша эта, шампанское, свечи. Может, это ее вообще не впечатлит. Может, она посмотрит на него с презрением и жалостью: вот мол, идиот, такое убожество придумал… И вообще не станет с ним разговаривать, даже если он ее до утра не выпустит. Будет сидеть, молчать, смотреть на него чужим ледяным взглядом. Может, все отменить? И придумать что-то другое? Но что?!
Нина завернулась в плед, Руслан потушил свечи — в них больше не было необходимости, электричество благополучно вернулось в сети. Яркий свет рассеял романтику и интимность, не последнюю роль в этом сыграл и разгоревшийся недавно пожар.
— Я дам тебе халат, — сказал Руслан.
— Ладно, — кивнула Нина.
Халат — это, конечно, хорошо. Но не совсем то, в чем ей бы хотелось идти через всю «Ривьеру».
— Или… знаешь, что. У меня есть шелковая пижама. Тетя подарила. Я ее даже не мерил, не люблю пижамы, знаешь ли…
— Пижама? — удивилась Нина.
— О, ты бы видела эту пижаму! — воскликнул Руслан. — Она самых благородных кровей. В ней можно идти на прием к китайскому императору.