— Капитан Со НимХван знаком? — уточняют с другого конца стола.
— Мы пресекались, — отозвался ЮнСон, — во время службы в армии.
— Интересное совпадение…
— Наша страна невелика, все когда-то встречались.
— Но близко знакомы не были?
— Никак нет.
Опытный разведчик понимает, что общий смысл проверки крутится по кругу. Снова и снова одни и те же вопросы, но с разными формулировками, цель которых подловить на вероятности оговорить себя.
— По докладам группы наблюдения, — как бы невзначай вспоминает начальник отдела, — блокнот содержит химические формулы…
— Мне такая информация не поступала, — спокойно ответил ЮнСон. — Рисунки казались необычными, все их досмотреть в аэропорту времени не осталось.
Сидя напротив старшего инспектора, седой старик в синем костюме недовольно хмурит кустистые брови. За его круглыми очками прищурились раскосые глаза:
— Но отметили в отчёте серебристый контейнер, явно кустарного производства…
— Нэ, — согласился ЮнСон и добавил: — Такими пользуются якудза.
— Известно, зачем…
— Удивительная находка для сумки молодой школьницы.
— Значит, следы данного препарата у всех участников стрельбы на борту…
— Вследствие чего мы провели анализ.
— Который установил…
— В контейнере сильное обезболивающее, чьё действие спасло воздушного маршала от гибели.
— Проверялось содержимое всего контейнера?
— Не было такой необходимости.
— А почему не оставили образец?
— У задержанной рецепт нашёлся, — хмыкнул ЮнСон. — А затем возникли крайне обоснованные требования, чему указали не препятствовать.
Старший инспектор смотрит прямо, напоминая о том, кто именно отдал такой приказ.
Ничуть не смутившись, начальник отдела бормочет:
— Все идут на поправку удивительным образом…
— Гхм… — кашлянул ЮнСон, в горле у него пересохло, а металлический стул давно надоел. — Могу задать вопрос?
— Конечно, инспектор.
— Расследование Корея Эйр закрыли. Дело иностранных наёмников передали в Лэнгли. Встреча с русскими действительно оказалась случайностью и привлекла внимание общественности, из-за чего они покинули страну…
— Совершенно верно, инспектор.
— Чем теперь вызван интерес к Тао Ангел?
Удивительно, на обычно непроницаемом лице пожилого разведчика легко читаемое выражение: «Чего опять сорвиголова натворила?», с нетерпеливым ожиданием и явной уверенностью, именно такое.
А напротив сверкнули круглые стёкла:
— Это закрытая информация.
— Какого уровня? — ЮнСон поднял брови над седыми висками и напоминает: — У меня довольно высокий допуск.
— Даже, для вас.
«Кока…»
242
(8 декабря 07:36) Крыша «ХИТ Интертейнмент». Сеул.
Дверь распахнулась, на серый кафель упала длинная тень. После щелчка выключателя потолочная лампа осветила маленькую ванную с фаянсовыми удобствами и единственным рукомойником. Напротив шторки душа сверкнула белая эмаль стиральной машины, над ней стоит крупная сушилка.
Одёрнув серую футболку на плечах, долговязый быстро осмотрелся, затем почесал зад в синих трениках и шлёпает резиновыми тапками к электрическим благам цивилизации.
Открылся нижний агрегат. Широко зевая, парень тащит одежду в корзину для белья, после чего он распрямился к занятой сушилке:
— Хм? — тёмные брови взлетели к каштановым волосам с прямым пробором, звучит тихое бормотание: — НамДжун небось свою форму оставил…
Сонный парень распахнул верхнюю крышку. Из недр барабана он достал необычный предмет одежды с вертикальными складками на ткани.
— Холь, — его изумлению нет предела, — чего… откуда…
— Джей, — зовут парня, — стоять!
Влетев в ванную, фигурка в неброском свитере и спортивных штанах тормозит тёмными носочками по гладкому кафелю.
— Тпр-р-ру! — голова с чёрным хвостиком мотнулась. — Грабли убрал! Кому говорю…
Хлоп! Громко отряхнув длинную юбку, парень ехидно уставился в бледное лицо с лихорадочным румянцем:
— Твоё, что ли?
Его уверенный голос не оставил места для оправданий:
— Ангел, ты чего… Чокнутый фетишист?
— Э-э-э… — несколько обалдев, румяная мордочка хлопает длинными ресницами, на что парень заморгал в ответ.