— Говори, что умеешь!
Неужели она заметила желание скоммуниздить сладость? Быть такого не может! Да, не-е…
— Нэ-э… Умею кушать! Проверю еда!
— Два дебила это сила, — ворчит Соха. — Один бьёт посуду, вторая пропала неизвестно где, проблемы от вас сплошные. Навязались на мою бедную голову! Зачем проверять еду? Говоришь, плохо готовлю?! Жить надоело… Ты умереть хочешь?!
— Ани… — нервно сглатываю, — ё…
Действительно, ё-моё… Сердитый напор пугает! А какая она в гневе, я боюсь представить.
— Хватит коверкать нашу речь! Уши вянут. Кхынабоджи предупредил, что есть сложности переезда, но до такой степени не знать наш язык…
Ш-ших! Лезвие смело нарезанные овощи в большую миску, тётка снова умело стучит ножом.
— Тебе должно быть стыдно! — продолжила распекать Соха. — Ужас, маленьким ребёнком не выглядишь! В таком возрасте пора знать свои корни. Айщ! Говори на английском.
Похоже, Хитман сообщил об иностранном гражданстве, но уточнить не посчитал нужным. Тогда я буду меньше языком трепать, всё проще.
— Э-э-э… — хлопаю ресницами, — да.
Теперь мне понятно, отчего девки скакали как угорелые и почему ЧинЛи немного прибитая. Здесь хозяйничает яростная фурия, почти мегера…
— Что, «Йес»?! — напирает Соха. — Какой опыт работы на кухне?
— Могу лапшу кипятком заваривать, — уверенно киваю, — могу не заваривать и сухой есть.
Тётка прекратила резать овощи и хмуро смотрит.
Похоже, она думает, что я издеваюсь… Догадливая.
— Ещё! — гаркнула Соха.
— На этом мои кулинарные таланты закончились.
Вижу улыбку ЧинЛи, пока та аккуратно макнула кисточку в миску и смазывает булочки на подносе. Офигеть, как забавно, агась…
— После битой посуды, мойку не доверю, — решает Соха, — нечего тебе делать на кухне!
Вот и славно! Нафиг мне грязные тарелки?! Наелись!
ЧинЛи виновато смотрит, но я посылаю ей успокаивающий сигнал, дёрнув бровями над Фарэрами.
— В бар тоже не поставишь, всё там расколотишь, — вслух размышляет Соха. — Кстати, а тебе в школу не надо?
— Не-не-не, — резко отказываюсь, — мы отлично существуем отдельно!
Какая ещё школа?! Нафиг-нафиг! Похоже, вредная мегера решила со свету сжить, терзая дурацкими вопросами.
— Даже так… — недовольно буркнула Соха и неожиданно хвалит: — У тебя рост выше среднего.
Что есть, то есть… Я слабо киваю.
— Но одежда настолько ужасная-я…
А вот сейчас было грубо. Хватит, ксо! Язвительная бабка, дождётся…
— Почему зубы не чистишь? — огорошила Соха.
— Ч-чищу… — тихо заикаюсь.
— Не заметила, чтобы кто-то в туалет ходил!
— Зач-чем…
— В штатах не знают правило трёх минут?
— А можно уточнить, о чём речь?
— Чисти зубы три раза в день, в течении трёх минут, сразу после еды. Семья чему учила?
Прищурившись, я смотрю на вредную тётку. Конечно, местные не расстаются с зубной щёткой, потому как постоянно жрут острую капусту, заедая вагоном приправ, но при чём здесь моя скромная персона…
Жизни учить будет! Вот, офигела! Что с ней сотворить?! Улыбку тащит в оскал, а хозяйке пофиг, как об стену горохом. Ох, сильна, грымза.
— Крэ… — Соха не дождалась ответа и язвительно дразнит: — Бестолковый у тебя наряд!
— Ксо… — тихо выдыхаю. Да, она издевается!
Шух! Хозяйка бросила нож в подставку, и холодная сталь угодила точно на своё место.
— Ты! За мной! — гаркнула мне Соха. Вытирая руки махровым полотенцем, она выходит из кухни и открывает одну из дверей слева от лестницы.
В просторной кладовке пара длинных холодильников гудит у стены, рядом большие сетки с овощами и хозяйственный инвентарь, посередине грузовичок старой модели, сбоку дверца в широких воротах.
— Давай, не отставай! — подгоняет меня Соха. Обойдя автомобиль, она спешит к красному дивану с журнальным столиком у дальней стенки.
Я иду следом за ней и рассматриваю дутый телескоп старого телевизора, ящик которого занял угловую полку. Надо же, в современной Корее встречаются такие раритеты…
— Из тебя выйдет отличный промоутер! — радуется Соха.
Чего она довольная?! Меня терзают смутные сомнения.
— Про-мо-у-тер, — вопросительно повторяю. Звучит круто! Вот только, надеюсь, не очень сложно, а то опять напортачу…
— Работа для остряков, совсем как ты, — усмехнулась Соха и указывает в странную фигню на диване: — Давно хотели попробовать, да желающих не нашлось, всё ждали талантливых исполнителей, способных языком трепать.
— Ч-что эта…
— Твоя форма! Тебе на пальцах объяснять? Точно с мозгами порядок?