Не совсем… Я таращусь в оранжевое нечто: видны глаза-палочки на треугольной голове, бело-розовый животик, округлые ботиночки и здоровенный хвост.
— Эт-та что…
— Работа! Ходи по улицам и приставай к людям, — улыбается Соха. — Раздавай листовки и кричи рекламу нашего заведения: «Помятая Креветка!», — гаркнула она столь оглушительно, что мне заложило уши. — Голос не жалей, у тебя и так хриплый.
— Это вообще законно?
— Ну, как бы да…
Её ответ не особо уверенный! Если меня притащат люди в форме, думаю, вредная бабка скажет, что мы незнакомы. Подстава! А куда деваться? Она, точняк, ненормальная…
— Давай, одевайся.
(Тем временем) Башня «Лоте».
— Начали! — орёт рефери.
Сильный удар пробил защиту на груди и заставляет отступить. Движения соперницы практически не видны, она плавно качнулась, снова готовясь атаковать.
"Войти в клинч и через захват, — понимает Ган, — иначе старшая шансов не оставит!"
Парень резко ускорился и скользит по татами к фигуре в белом кимоно. Выпуклый жилет протектора скрыл идеальную осанку соперницы, мягкие щитки закрыли руки, а синие перчатки сжаты в кулаки.
На удивление, задумка удалась, о чём говорит серия ударов локтями по шлему. Тычок в подбородок заставил прикусить капу и дал понять, в какой заднице очутился парень. Голова кружится, прилёт коленом под дых лишил воздуха, атака захлебнулась, тело валит на жёсткие маты.
"Старшая бьёт не в полную силу!" — злится Ган.
Не успев отдышаться, парень вскочил и пробивает толчок прямой ногой, но гибкая соперница легко отклонилась. Мощная двоечка колбасит шлем, а круговой удар пяткой сносит в окончательный нокаут, продолжая нырок к татами.
— Разошлись! — крикнул рефери.
Парень перекатился на спину и тряхнул головой, приходя в себя. Стоящая над ним соперница протянула руку в бойцовской перчатке без пальцев и тянет его на ноги.
— Ган-а… — выразительные глаза смотрят в лицо, пока красавица держит за плечи, — ты как?
— Отлифно, нуна! — прохрипел Ган.
— Младший братец удумал переть напролом, — ЙуМи шутливо толкнула его в грудь. — Копируешь свою подружку?
— Могло сработать… — Ган выплюнул капу и улыбается: — Не будь ну-ним такой безжалостной!
— Мечтай. Ещё раунд?
— Хватит на сегодня.
Пара фигур в белых кимоно покидают татами и отходят к стенке просторного зала для тренировок. Видны размашистые движения многочисленных бойцов вдалеке и кольцо сопровождения поблизости.
— Сегодня увидишься с Ангел? — уточнила ЙуМи.
— Нэ, нуна, — Ган утвердительно кивнул. Он устало дышит, пока отдирает липучки и стягивает защиту, под которой мокрое от пота кимоно.
Старшая сестра задумалась рядом. Она выглядит свежее некуда, по её выправке заметен немалый опыт многочисленных тренировок.
— Передай лично от меня, — решительно произносит ЙуМи, — мы не имеем отношения к китайцам.
— Что за китайцы? — нахмурился Ган.
— Спроси подружку! Захочет, расскажет.
— Она не…
Красавица отвернулась от парня.
— Дэёп, — приказывает ЙуМи, — аджа!
Сидящий на коленях личный охранник полностью экипирован. Он низко склонился и прыгнул в полный рост, стремясь за ней.
Размазывание по татами ответственных за недавние приключения младшего наследника конгломерата «Лоте» никто не отменял.
«ХИТ Интертейнмент»
Развлекательное агентство средней руки в центре Сеула…
206
(2 декабря 10:20) Кухня бара «Помятая Креветка». Сеул.
У стальной плиты молодая помощница закончила помешивать содержимое большой кастрюли и виновато говорит:
— Пан Соха сонбэ-э… эта миска у меня разбилась.
На центральном столе хозяйка в зелёном халате и белом фартуке раскатывает тесто. Она пристально осмотрела румяную девушку, которая виновато опустила аккуратную головку.
— Знаю всё, ЧинЛи… — наконец ответила Соха и важно замечает: — Думаешь, на кухне что-то способно от меня укрыться?
— Такое невозможно, сонбэ.
— Хватило духу сознаться, — довольно кивнула скуластым лицом Соха, — поэтому избежала наказания.
Стройная девушка низко поклонилась и благодарит:
— Ка-а-амса хамнида-а!
Затем она спрашивает:
— А как же Ангел?
— Пусть мучается!
Хозяйка хлопает ладонями, поднимая облачко муки.
— Сонбэ-э… — расстроилась ЧинЛи.
— Надумал дерзить и смотрит волком. Сорванец! Никакого воспитания.