— Тегеранский бульвар, — Ган кивнул за окно.
Заметив моё пристальное внимание, он любезно поясняет:
— Многие считают эту дорогу главной в столице.
— Почему? — старательно верчу головой.
— Вокруг офисы крупнейших южнокорейских фирм и международных корпораций. Самые высокие здания Сеула и дорогие апартаменты. Именно здесь вращается большая часть венчурного капитала страны, поэтому некоторые проводят аналогию с Кремниевой долиной в штатах.
Из окон виды потрясные! Вон светлый отель «Интерконтиненталь» вырос этажей на тридцать, за ним прыгают гигантские ступеньки у квадратной высотки основного производителя электроники с логотипом: «Три Звезды», неподалёку ввысь устремились дуги невероятного здания, чьи плавные обводы вызвали головокружение, а дальше широкий полукруг торгового центра и красная надпись: «Мир Лоте». У дизайнерских строений пестрят толпы людей в модной одежде.
— Что за венчурный капитал? — любопытно интересуюсь у парня.
— Финансовые вложения в инновационные компании и новые технологии, — охотно поясняет Ган, — дело рисковое, но обладает доходностью выше среднего.
— Любой может заработать?
— Когда есть приличная сумма и способность оценивать риски, иначе выбросишь деньги на ветер.
— Угу…
— Нужно иметь чёткое представление о будущих тенденциях и уметь оседлать волну, тогда «бизнес-ангелы» срывают джекпот, получая невероятные состояния на развитии нового дела.
— Надо же, — тихо удивляюсь, — и такие есть…
— Иногда их называют венчурными инвесторами. Часто они вкладывают в готовый проект или идею, тогда выхлоп прибыли значительно больше, как и шансы прогореть.
— Ха, а у «Лоте» здесь всего лишь торговый центр!
Умник не повёлся на провокацию и гордо усмехается:
— Мы всегда рядом. И гораздо выше остальных.
«Тегеран-ро»
В семидесятых годах прошлого века правительство Сеула назвало одну из улиц именем столицы Ирана, отмечая дружественный визит мэра Тегерана. Никто даже представить себе не мог, что из этого выйдет. Теперь это одна из самых оживлённых улиц Южной Кореи, состоящая из трёх с половиной километров современных высоток и самой дорогой недвижимости в стране. Здесь, куда ни посмотри, офисы крупных мировых компаний, финансовых институтов или глобальных сетевых порталов. Есть где развернуться.
216
(3 декабря 17:05) В престижном микроавтобусе. Сеул.
Кортеж покинул автомагистраль. Вереница автомобилей углубилась в переулок между высотками и следует параллельным курсом к основному проспекту. Зеленоватые ряды офисных кабинетов остались позади, их сменили низкие здания, максимум в четыре этажа.
Удивительное дело, здесь красочной рекламы больше!
Вокруг сияют грозди азиатско-европейских вывесок, привлекая отведать чего-нибудь вкусненького. На обочине стволы деревьев окутали золотистые гирлянды. Раскаты популярной музыки слышны даже сквозь идеальную звукоизоляцию микроавтобуса.
Мы едем по тесной улице. Рядом с водителем нервничает главная пижама. Дэёп поднял рацию и головной джип громко сигналит, распугивая людскую толпу.
Интересненько, как им не холодно? Задумчиво рассматриваю стройняшек в коротких мини, пока их радостная компания шагает на расстоянии вытянутой руки.
У них забавная одежда! Милашки не стесняются показать голые ноги на высоких каблуках, но робко спрятали тонкие плечи за ухоженными волосами и совершенно никаких декольте.
Молодняк собрался отдельными группами. У невысоких зданий болтают стайки нарядных девушек, поблизости галдят модные парни в куртках и пуховиках тёмных оттенков.
Их видок слабо подходит для простого кафе!
— Сейчас-то мы где? — настороженно интересуюсь.
— Каннам-гу, — усмехается Ган. — Изнанка богатейшего района Сеула и самые большие снобы в городе.
Чую, тут мне спокойно поесть не вариант…
— Куда все стоят? — указываю подбородком на очереди в двери соседних заведений, броская реклама которых играет яркими огнями.
— Фэйс-контроль, здесь самые крутые тусовки столицы.
— У меня нет желания клубиться на голодный желудок…
«Опа, ганнам-стайл… Ганнам-стайл!» — мелькнул проблеск с забавной песенкой. Мотнув головой, я вспоминаю полноватого, но крайне вертлявого танцора в солнечных очках.