Громко звучат одинокие аплодисменты. Молчаливая толпа расступилась вокруг единственной фигурки, которая энергично хлопает в ладоши.
— Асса! — поддержал задорный крик, сверкая необычной улыбкой.
(Тем временем) Универмаг «Лоте».
Откинув капюшон, я лохмачу тыковку.
— Ты не из наших?!
— Мы же договаривались!
— У нас сейчас «Чёрный Океан».
— Мы устраиваем показательный протест…
Вокруг меня недовольно упрекают. А мне пофиг!
— Отличное выступление! — громко кричу, сложив кольца рупором, затем продолжаю настойчиво хлопать… оставаясь в одиночестве.
Сообразить из единожды прозвучавшей мелодии настолько шикарный номер и поставить хореографию за короткий срок… Вот что вызывает уважение! Если я хочу добиться успеха на сцене, мне есть чему у них поучиться.
— ЧонСа, — послышалось недоверчивое.
— ЧонСа… ЧонСа… — с удивлением шепчет толпа.
— Здесь настоящая ЧонСа!
— Омо! Всё время среди нас?
— Чинчаё?! Не может быть…
Толкаясь среди зрителей, мне удалось проникнуть к высоким подмосткам. Из первого ряда наблюдать за артистами крайне интересно, но теперь я стою в окружении.
Сверху радостно воскликнули:
— Поддержим обаятельную МиМи! А кого мы видим среди публики? Неужели та самая ЧонСа?! — картинно хватаясь за сердце, модник в золотистой толстовке кричит в микрофон: — На шоу «ЯГ Интертейнмент»?! Какой невероятный сюрприз! Прошу любить и жаловать! Давайте попросим на сцену! Громкими аплодисментами!
Вдалеке начинают хлопать, а вокруг смотрят напряжённо. Думаю, рядом люди неадекватные какие-то, они изучают меня озабоченными взглядами.
Уйду я от них! Близкая сцена обещает новый заряд внимания, и мне не терпится его получить.
Ставлю носок кеда на трубчатую конструкцию, рывок вверх закончился балансированием у границы площадки.
Сейчас я упаду спиной назад! Или нет…
У меня получилось отловить равновесие, шагнув к испуганной девушке и моднику в колоритном наряде.
— Сбоку есть лестница, — просипел ведущий.
— Да мне пофиг.
— Нэ?! — вытаращились раскосые глаза.
— Фальшивка! — сердитый крик заставил вздрогнуть удивлённую девушку.
— ЧонСа ненастоящая!
— ЧонСа гораздо выше!
— ЧонСа небесно сияет!
Не обращаю внимания на недовольный гомон и дикие мнения. Публика явно сбрендила! Окинув взглядом людей внизу, я прислушиваюсь к себе. Как на меня влияет такая эмоциональная нагрузка? Удивительно, но мандраж почти не чувствую.
— Обманываете нас снова?!
— «ЯГ» страх растеряли!
— Камса хамнида! — благодарно поклонился ведущий, стараясь успокоить зрителей. — Наше время ограничено, но мы надеемся…
— ЧонСа поёт вживую, а не пляшет под чужую фонограмму!
Рядом девушка растерянно уставилась на меня. Значит, так и есть! Не зря во время её выступления голос казался знакомым.
— Пусть ЧонСа споёт! — предложил один из зрителей.
Подхватив эту идею, публика яростно скандирует:
— Песня! Песня! Песня…
Бодро улыбаюсь девушке и забираю у неё микрофон.
— Хорошо, я спою! — мой голос летит со сцены.
Внизу люди довольно переглядываются, отдельная группа девчонок смотрит подозрительно, их внимание мне совсем не по нраву.
— Это будет послание! — дерзко им ухмыляюсь. — Кому нужно, тот поймёт…
Дёрнув меня за рукав, ведущий недовольно шепчет:
— Чего творишь?!
— Спасаю ваши задницы! — резко вырываю локоть из цепкой хватки.
— Где мы пианино достанем?! Без подготовки…
Отворачиваюсь к гигантской звезде. Под ней группа парней бросила акустическую гитару. Сейчас белую деку видно отчётливо, она почти выдержала удар.
Ого, струны полностью новые! А как дела с настройкой? Верчу в руках светлый корпус и пробую звучание. Не фонтан, но играет! Глуховато, правда…
Осталось найти ремень. У меня под ногами как раз болтается светлая ткань. Подхватив её, я быстро стягиваю пару узлов на инструменте.
Думаю, теперь выгорит! Кинув импровизированную лямку на плечи, я топаю к зрителям.
Глядя на меня, девушка натянуто улыбнулась и говорит ведущему:
— ГюСик сонбэ, мне уйти?
В ответ невысокий модник ей шипит:
— МиМи, с микрофонами помоги! Раньше нужно бежать!
Ко мне он притащил стойку, которая осталась после выступления парней.
— Я испугалась… — сосредоточенно хмурясь, МиМи опускает вертикальный держатель к резонатору моей гитары.
— Потом всё объяснишь, — брюзжит ей ГюСик. — А сейчас улыбаемся!