— Через каких-то полчаса будем на месте, — радостно киваю в экран телефона с картой столицы и обхожу массивные колонны на длинном перроне.
Стена из раздвижных дверей закрыта. Пока не подали состав, я любуюсь стендом с яркой рекламой. Оттуда мне улыбается опрятный азиат, у него в руке жёлтый пирожок на палочке.
— Прикольна, это же вкуснейшая сосиска в тесте! — облизываюсь на знакомое лакомство и вслух перевожу местные закорючки: — С улыбкой по жизни! Лучший вкус Сеула… Дио, чего-то там…
Ясна-понятна, реклама очередного заведения быстрого питания, коих здесь нереальное раздолье. Вместо готовки дома, трудолюбивые корейцы предпочитают есть в кафешках. Оно и понятно, трудно сообразить что-либо путное, работая сверхурочно.
Желудок недовольно буркнул, давно время обеда.
Похоже, мой эмоциональный заряд усилил и без того неуёмное желание есть. Или я стресс заедаю? Томатный кетчуп на картинке выглядит таким сочным! На обратном пути обязательно загляну в этот самый: «Дио, чего-то там».
А вот и состав подгребает! Шипят раздвижные двери.
В светлом вагоне я старательно принюхиваюсь.
Резкий запах бензина отсутствует! Неадекватные в спортивной форме себя не обнаружили! Красные огнетушители на своих местах!
Значит, я могу падать на жёсткую скамейку, а то некоторые пассажиры уже косятся.
А мне пофиг — лучше перебдеть! Есть мнение, что снаряд два раза в одну воронку не попадает. Но я-то знаю: «Судьба любит выкидывать и не такие фокусы».
Быстро оглядевшись, беру пример с местных, которые уткнулись в экраны телефонов. Не буду выделяться и отправлю чудику текстовое сообщение.
Чего бы выдумать этакое, интересненькое…
(Тем временем) Больница «СоРян». Пусан.
Коренастая женщина в бордовом свитере и свободных штанах сидит рядом с койкой. Она с ложечки кормит юную пациентку, которая откинулась на мягкие подушки.
— Хальмони-и, — кривит мордочку бледная девушка с почти незаметными тенями под веками, — достаточно уже специального супчика…
— Не вредничай, старшие всегда правы, — нежно воркует тётка. — Исхудала, выглядишь тощим птенчиком.
— Харабоджи, скажи что-нибудь…
Юная пациентка ищет спасения от надоевшей похлёбки у второго посетителя в тёмно-синей форме за спинкой койки.
Больничное освещение блеснуло цветами Мугунхва на серебристых погонах. Расправив плечи, седовласый полицейский держит локтем фуражку с золотым орлом и мягко улыбается:
— Не вредничай, — повторил он слова тётки. — Слушайся хальмони, теперь всё будет хорошо.
— Одноклассниц поразила моя внешность, — надулась бледная девушка, но она послушно отпивает ложку наваристого бульона: — Хлюп…
— Современная мода! — заявила ей тётка и ласково поучает: — Думают, раз отбеливают кожу, значит похожи на аристократов. Какие глупости, уже никто не работает в поле, собирая рис на солнцепёке!
— Но… хлюп… Хальмони-и… — хнычет девушка, — все сказали, что я красавицей стала, а теперь обязательно поправлюсь…
— Слышать не желаю, мигом на ноги поставим! — продолжила кормление тётка. — Народное средство не чета теперешним врачевателям, они только и знают, что носы задирать, да глупости рассказывать, снобы пустоголовые.
Словно узнав, о ком говорят, из двери появился врач в белом халате и голубой шапочке. Он бодро поинтересовался:
— Как наше самочувствие?
Юная пациентка быстро села на койке и вежливо благодарит его за заботу:
— Камса хамнида!
Увидев главного врача диагностического отделения, она посчитала, что нашла защитника от крайне надоевшей похлёбки.
— Аджа! — тётка толкает девичье плечо, бросив на вошедшего недовольный взгляд. — Не отвлекайся, нужно всё доесть.
— Ыса сонсэн-ним, а когда меня отпустя-я-ят? — жалобно простонав, девушка открывает рот: — Хлюп…
— Состояние больной улучшилось, — важный доктор скрыл улыбку за нахмуренными бровями. — Мы проведём несколько обследований, дальше лечение на дому.
— Радость-то какая! — воскликнула довольная тётка. — Целая кастрюля с целебным супчиком не успеет испортиться!
— Хальмони-и-и… — тихо стонет краснеющая девушка, — хлюп…
К главному врачу диагностического отделения неформально обратился седовласый полицейский:
— ДжунГи, мы можем поговорить?
— Конечно, хён.
— Давай снаружи.
Респектабельные мужчины выходят из отдельной палаты в светлый коридор больницы.