Он снова тяжело вздохнул. На его лице проступила печаль пополам с усталостью, словно он вдруг вспомнил о застарелой, годами не проходящей боли.
― Так мы идем, мой лорд? ― Всеми силами пытаясь скрыть неловкость, напомнила я. И добавила, снова слегка обидевшись. ― Что до мозолей ― так мне всякое приходилось делать: и дворы мести, и кусты стричь, и помогать торговцам на базаре с корзинами, ящиками и бидонами управляться. Не такой уж я и бездельник-попрошайка!
― Верю, верю, Лин! Шагай уже! ― Лорд Брюс так и не выпустил мою ладонь. Пришлось вести его за руку.
Это оказалось неожиданно приятно и волнительно. Словно мы с лордом ― не хозяин и прислуга, а влюбленная пара, гуляющая по парку и высматривающая уединенный уголок…
Ой, что-то мысли меня совсем не в ту сторону заводят! И лорда Брюса, кажется, тоже. Иначе с чего бы ему большим пальцем мою ладошку поглаживать?
***
На кухне тетушка Ами, завидев меня в платье, да еще с лордом Брюсом за ручку, схватилась за сердце:
― Матушка-Златоокая! Я уж думала, вы, хозяин, без предупреждения невесту в дом привели! А у меня что ― у меня завтрак самый простой! Благородную леди с утонченным вкусом угостить нечем! А это наш Лин!
― Да, это я, тетка Ами.
Я подвела хозяина к его стулу. Положила его руку на край стола. Лакей тут же подскочил, скрипнул ножками по каменному полу, придвигая стул хозяину. Лорд Брюс тяжело уселся.
― Расскажи мне, Ами, каким ты Лина видишь? ― попросил он. ― Только непредвзято. Не нахваливая, как невесту на выданье.
― Да как же не похвалить? ― изумилась тетка Ами. ― Он же хорошенький, как девочка! Только что губы чуть обветренные да волосы коротко острижены, а так ― как есть девица!
Лорд-дознаватель нахмурился пуще прежнего. Скрипнул зубами.
― Ладно, подавай завтрак, ― велел кухарке.
Тетка Ами тут же перестала вздыхать и охать, засуетилась, выставляя на стол жареные колбаски, запеченные на огне овощи, свежие лепешки из серой муки.
После благодарственных слов в адрес Златоокой мы приступили к еде. Трай наколол на вилку одну колбаску, вложил вилку в руку своему лорду. Под вторую руку подсунул плетеную корзинку с кусками лепешки.
Наблюдая за этим, я вдруг подумала, что, будь даже дыхание лорда не ядовитым, показывать главного дознавателя королевства в таком состоянии чужим людям точно не стоило. Обязательно нашлись бы те, кто стал бы насмехаться над его немощью, пусть даже временной.
Да и преступный мир, порядком придавленный авторитетом Великого Брюса, оживился бы, зашуршал, торопясь обстряпать свои темные делишки, пока лучший дознаватель королевства не в форме. Вот уж воистину, не следует никому постороннему знать, как беспомощен сейчас мой хозяин!
Сразу после завтрака, завершившегося порцией творожного пудинга и кружкой ягодного морса, лорд Брюс потребовал:
― Лин! Веди меня в кабинет! Работать будем!
― Слушаю, мой лорд! ― я подставила хозяину плечо.
Он ухватился за него. Дождался, когда мы выйдем с кухни, а потом проговорил едва слышно:
― И все же что-то не так, Лин. С тобой или со мной. Вчера мне твои плечи шире и крепче казались…
Еще бы не казались! Вчера я в пажеском камзольчике была, а там ― накладные плечи! Сегодня же я постаралась сделать плечи и талию шире, чем есть, с помощью иллюзии, а о том, чтобы попытаться и наощупь их увеличить ― даже не подумала! Да и нечем мне было…
― Мы пришли, мой лорд! ― так и не ответив на слова хозяина, доложила я и двинула стул возле его стола, чтобы лорд смог увидеть его спинку.
Лорд Брюс схватился за нее, уселся за стол.
― Ладно, давай к делам, ― вздохнул тяжело. ― Держи невидимые чернила. Первое письмо напишем моему помощнику. Пусть поднимает списки всех ушедших из моего ведомства дознавателей и выясняет судьбу каждого. Заодно и по значкам отчеты проверит.
— Это ж сколько работы! ― изумилась я.