Он попытался представить себе, как это произойдет. Он давно пристрастился искать и смотреть в Интернете так называемое джихад-видео с убийствами пленных и пытками. В качестве разминки он с удовольствием смотрел на сайте www.youtube.com ролики с душераздирающими последствиями автомобильных аварий. Чем больше крови и изуродованных трупов, тем лучше. Ему нравились и обычные, не подпольные телешоу, документальные передачи и сериалы, такие как «Копы» и «Успеть за 48 часов». Он мечтал пройти однажды кастинг на участие в шоу «Остаться в живых» и, пожалуй, уделял этой перспективе гораздо больше внимания, чем всем остальным рассуждениям и мечтам о собственном будущем. Он был на сто процентов уверен, что если бы его включили в число участников этой программы, то приз в миллион долларов достался бы именно ему, и никому больше.
Номер Четыре опять трясло. Судя по всему, девушка изрядно перенервничала и вновь на какое-то время перестала полностью контролировать реакцию своего тела на внешние раздражители. По всему было видно, что ее страх — непритворный.
Парню это очень нравилось.
Слишком многое из того, что ему доводилось видеть, было подставным и фальшивым. Порноактеры имитировали оргазм, герои видеоигр умирали понарошку, драматические сюжеты всякого рода ток-шоу и телевизионных передач оказывались натянутыми, а то и явно выдуманными.
— Другое дело — «Что будет дальше?». Номер Четыре не соврет.
Иногда парню казалось, что ничего более реального ему не приходилось видеть не только в виртуальной, но и в окружающей его настоящей жизни.
Этим теоретическим рассуждениям вскоре был положен конец. Заметив на экране какое-то движение, обитатель студенческого общежития буквально прилип к монитору. Там, в комнате с белыми стенами, действительно что-то происходило. Номер Четыре едва заметно повернула голову в сторону. Камера дала панорамный вид помещения. Что-то явно должно было случиться.
Зритель, сидевший у компьютера, услышал то, что услышала Номер Четыре: звук открывающейся двери.
Дженнифер вздрогнула и повернула голову в ту сторону, откуда донесся уже знакомый ей звук.
Судя по шуршанию комбинезона, в комнату вошла женщина. На сей раз она, против обыкновения, двигалась не медленно и неторопливо, а наоборот — стремительно и даже, как показалось Дженнифер, чуть суетливо. Прошло, наверное, не более пары секунд между тем, как она переступила порог, и тем, как ее силуэт навис над Дженнифер. Два лица, закрытые масками, отделяли теперь друг от друга лишь несколько дюймов.
— Номер Четыре, слушай внимательно. Ты сейчас будешь делать то, что я тебе скажу. Выполнять будешь все в точности, и не вздумай меня ослушаться.
Дженнифер кивнула. В голосе женщины явно слышалось беспокойство. Она говорила быстрее, чем обычно, от былого размеренного речитатива не осталось и следа. Более того, девушка даже чувствовала на своем лице горячее и неожиданно частое дыхание собеседницы.
— Ты должна молчать. Не вздумай проронить ни слова. Слышишь? Я сказала — ни звука. Тяжело дышать тоже нельзя. Будешь сидеть там, где сидишь сейчас. Не сходи с этого места. Не дергайся и не вертись. В этой комнате должна стоять абсолютная тишина до тех пор, пока я не вернусь. Поняла меня?
Дженнифер вновь кивнула. Ей очень хотелось спросить женщину, что это был за выстрел, но после таких указаний она не рискнула даже открыть рот.
— Номер Четыре, ответь вслух на мой вопрос. Ты поняла, что я тебе сказала?
— Да, я все поняла.
— Что ты поняла?
— Никакого шума. Ничего не говорить, не издавать никаких звуков. Сидеть здесь, на этом месте.
— Правильно.
Женщина на некоторое время замолчала. Хранила молчание и Дженнифер. Она прислушалась к собственному дыханию. В окружающей тишине она не смогла бы с уверенностью определить, доносится до ее слуха собственное сердцебиение или удары сердца склонившейся над ней мучительницы.
Неожиданно женщина схватила Дженнифер за подбородок. Та только резко вздохнула, но не издала больше ни звука. Пальцы женщины впились в щеку пленницы, а ладонь стала скручивать ее челюсть на сторону. Дженнифер изо всех сил боролась с почти непреодолимым желанием схватить мучительницу за руку и сорвать со своего лица эти цепкие пальцы.
— Если издашь хоть один звук — умрешь! — пригрозила женщина.
Дженнифер трясло. Она не смогла даже кивнуть в знак того, что поняла смысл угрозы. Впрочем, судя по всему, бившая ее дрожь послужила достаточным доказательством того, что смысл сказанного крепко засел в ее голове. Хватка на ее челюсти ослабела, но Дженнифер так и осталась сидеть неподвижно, боясь даже пошевелиться.