Что делать, если ты призвал Кроноса
Глава I
Вечность. Именно столько я провёл здесь. Оплетённый паутиной, что постепенно высасывала мои силы. Истощала божественную искру и пыталась разрушить мой разум.
Отчасти это у неё получалось. Я не помнил, как сюда попал и почему оказался в ловушке. Цеплялся лишь за своё имя. Кронос. Величайший из эллинских титанов. Который не собирается подыхать неведомо где.
Порой мне казалось, что это Тартар. В его новой, изменённой версии. Но вряд ли у жалких олимпийских заговорщиков хватило сил, чтобы провернуть такое. Они и выиграли лишь из-за того, что ударили в спину. А мой ненаглядный сынок ещё и придумал безумную историю, как я пожирал людей. Легко очернять титана, который заточён в Тартаре и не может ничего возразить.
Да и мне почему-то казалось, что я выбрался из заточения. Хотя, опять же — никак не мог вспомнить, как именно.
Моя сила здесь не работала. Сколько бы раз я не пытался пустить её в дело, ничего не выходило. А время тянулось бесконечно медленно.
Всё изменилось внезапно. Сначала я почувствовал, как меня тянет куда-то в сторону. Да не просто тянет — тело на самом деле двигалось. Потом вокруг начали кружиться золотые огоньки, рассекающие паутину.
Нити завибрировали, и сверху на меня уставились красные фасетчатые глаза. Вот и нашёлся хозяин ловушки, в которую я угодил. Правда, сделать он уже ничего не успел — огоньки, которых стало заметно больше, слились в самую настоящую воронку. Благополучно поглотившую моё тело.
В первую секунду я подумал, что умираю. Но быстро осознал, что это не так — воронка затянула меня в портал. По которому я стремительно мчался вперёд. Практически распадаясь на части в процессе — даже плоть титана не выдерживала подобной нагрузки.
Всё закончилось точно так же неожиданно. Как будто одной из мойр надоело плести и та обрезала нить.
Я рухнул вниз, впечатавшись в лежащего на камне смертного. От моего тела мало что осталось. Сейчас я фактически был облаком пыли, в центре которого сверкала божественная искра. Как в те славные времена, когда мы могли в таком виде промчаться над всей планетой, после чего вернуть себе прежний облик. Только сейчас это был вовсе не мой добровольный выбор.
Частицы моей плоти врезались в человеческое тело. Вошли внутрь, закрепляясь и сливаясь с ним. Искра пробила корпус, запульсировав за грудной клеткой. А разум устроился в его голове. Уже избавленной от предыдущего сознания — смертный, чью оболочку занял, был мёртв.
Никогда не любил управлять аватарами. Сейчас же я не просто захватил тело смертного. Оно слилось с остатками моего собственного, став единым целым.
Что радовало — я наконец вновь мог использовать силу. Моментально зарастив открывшиеся раны и восстановив повреждённую плоть.
Правда, плохие новости тоже имелись — моя искра была многократно слабее, чем раньше. Неведомая паутина, в которой я до того находился, серьёзно меня ослабила.
В голове был настоящий кавардак. Как после хорошей попойки с Дионисом. Этот горный карлик потом переметнулся в стан олимпийцев. Но надо признать — в организации оргий он был хорош.
Убедившись, что тело не собирается разваливаться на куски, я уселся на плоском каменном полу. И вдруг обнаружил, что буквально со всех сторон окружён людьми. Не меньше сотни исхудавших смертных, которые во все глаза на меня пялились.
Наверху был каменный свод — я находился в чём-то вроде большой пещеры. А внутри людей почему-то чувствовалась сила. Та самая, что должна была принадлежать только нам.
В голове снова завихрились осколки воспоминаний. Намекающие, что где-то я такое уже видел. Но сосредоточиться не вышло — от толпы отделился седой старик, сделавший несколько шагов ко мне. Подняв руку, на которой блестел массивный перстень, направил его на меня.
— Пади ниц и подчинись, дух-хранитель. Повинуйся мне, ибо я глава этого рода и обладаю властью повелевать.
Что с этими смертными, поглоти их Хаос, не так? Если решил совершить самоубийство, для этого не обязательно оскорблять одного из титанов.
— Раз можешь повелевать, то вели себе заткнуться. А потом пусть кто-нибудь объяснит мне, что тут происходит.
Смертный выпучил глаза, смотря на меня с абсолютным изумлением. Потряс своей рукой.
— Ты что, не видишь перстень? Повинуйся!
Старая женщина, которая стояла за его спиной, вдруг добавила.
— И прикройся. Нечего девок смущать.
Одежды на мне и правда не было. А вернувшееся ощущение божественной мощи заставило воспрять не только разум. Учитывая, что после слияния, тело претерпело изменения, немного походя на истинного эллинского титана, смертным женщинам было на что посмотреть.