В историческом процессе наука логики определилась, как наука о мышлении. Противоположность между субъективным и объективным преодолевается мышлением в единстве понятия. Философы знают бытие как чистое понятие в самом себе, а чистое понятие – как истинное бытие. Эти два момента, содержаться в логическом единстве нераздельно, в отличие от сознания, в котором эти моменты существуют также и сами по себе, отличные друг от друга. Единство этих противоположных моментов не абстрактно, а конкретно.
Это единство составляет логический принцип, который заключается в следующем. Сущие для себя определения, как например, некое субъективное и некое объективное, или же мышление и бытие, или понятие и реальность, теперь в их истине, т. е. в их единстве, низведены на степень форм. В своем различии они остаются в себе всем понятием в целом. Эти понятия полагаются только в делении под своими собственными определениями.
Все понятие в целом должно рассматриваться, во-первых, как сущее понятие, т.е. как понятие в себе, понятие реальности или бытия. Во-вторых, – как понятие, т.е. понятие как таковое, для себя сущее понятие. Согласно этому, логику следовало бы делить на логику понятия как бытия – объективную логику, и на логику понятия как понятия – субъективную логику. Соотношение этих различных определений понятия в самом себе требует существования нераздельности его определений – сферы их опосредования, как системы рефлективных определений понятия, т.е. системы бытия, переходящего во-внутри-себя-бытие понятия. Понятие, таким образом, еще не положено, как таковое, для себя, а обременено непосредственным бытием как чем-то внешним ему. Гегель приходит к выводу, что посредине между учением о бытии и учением о понятии должно находиться учение о сущности. В общем делении науки логики оно помещено еще в объективной логике, хотя сущность и есть уже внутреннее, но характер субъекта следует сохранить за понятием. Объективной логике Гегель отводит роль онтологии, исследующей природу сущего, – бытие и сущность. Субъективной логике – логику понятия. Точнее Гегель делит логику на три части: логику бытия, логику сущности и логику понятия.
УЧЕНИЕ О БЫТИИ
С чего следует начинать науку? Размышления Гегеля о логическом начале науки и его критические замечания о различных подходах решения этого вопроса вы найдете, но я остановлюсь лишь на решении Гегеля.
Логическое начало можно понимать как подлинное начало, взятое непосредственно. Логика есть чистая наука, т.е. чистое знание во всем объеме своего развития, основанием которого является объективное мышление и в котором достигнуто единство противоположности мышления и бытия. Если исходить из науки, то нужно, отстранив всякие размышления и мнения, которых придерживаются вне этой науки, исходить из имеющейся в ней простой непосредственности. В науке сама простая непосредственность имеет отличие от опосредованного и в своей истине есть чистое бытие. “Подобно тому, как чистое знание не должно означать ничего другого, кроме знания, как такового, взятого совершенно абстрактно, так и чистое бытие не должно означать ничего другого, кроме бытия вообще; бытие – и ничего больше, бытие без всякого дальнейшего определения и наполнения.
Здесь бытие – начало, возникшее через опосредование, которое есть в то же время снимание самого себя; при этом предполагается, что чистое знание есть результат конечного знания, сознания. Но если не делать никакого предположения, а само начало брать непосредственно, то начало будет определяться только тем, что оно есть начало логики, мышления, взятого само по себе. Имеется лишь решение, которое можно рассматривать и как произвол, а именно решение рассматривать мышление, как таковое”. Так как начало должно быть основанием всей науки, и оно ничего не должно предполагать, ничем не должно быть опосредовано и не должно иметь какое-либо основание, а само быть наличной и сохраняющейся на всех этапах развития науки основой. Чистое же бытие должно быть лишь самим непосредственным, не связанным с чем-то иным, не может иметь какое-либо определение внутри себя, какое-либо содержание. Чистое бытие – чистая мысль.
Другие разъяснения и обоснования, вызванные представлениями и другими соображениями, могут быть также привлечены, но не дадут ничего принципиально отличного для достижения поставленной задачи.