Качественное и количественное бесконечное отличаются друг от друга тем, что в качественном бесконечном противоположность между конечным и бесконечным качественна, и переход конечного в бесконечное или их взаимоотношение имеется лишь в их понятии. Качественная определенность дана как непосредственная и соотносится по существу с инобытием как с другим для нее бытием; она не положена так, чтобы иметь свое отрицание, свое другое в себе самой. Напротив, величина есть, как таковая, снятая определенность; она положена так, чтобы быть неравной с собою и безразличной к самой себе, быть, поэтому, тем, что изменяется. Качественные конечное и бесконечное абсолютно, т. е. абстрактно, противостоят друг другу. Их единством служит лежащее в основании внутреннее соотношение. Конечное продолжается в свое другое только в себе, а не в нем. Напротив, количественное бесконечное соотносится в нем самом со своим бесконечным и имеет в этом бесконечном свою абсолютную определенность. Соотношение конечного и количественно бесконечного представляет собою ближайшим образом количественный бесконечный прогресс. В бесконечным прогрессе имеется противоречие, которое заключается в определенном количестве, и состоит во взаимоопределении конечного и бесконечного. Вследствие непрерывного продолжения одного определения в его другом бесконечный прогресс дает кажущееся разрешение противоречия в виде соединения обоих определений. Бесконечный прогресс есть заданность бесконечного, а не его достижение, есть вечное порождение его, причем он не выходит за само определенное количество, и бесконечное не становится неким положительным и наличным. В понятии определенного количества подразумевают, что оно соотносится со своим потусторонним как со своей бесконечностью. Это качественный момент противоположности. Но определенное количество находится в непрерывной связи с этим потусторонним. Оно именно и состоит в том, что оно есть другое самого себя, внешнее самому себе, потустороннее или бесконечное, и само есть определенное количество. Потустороннее, таким образом, возвращено назад, и бесконечное оказывается достигнутым. Но так как это ставшее теперь посюсторонним потустороннее есть опять-таки некоторое определенное количество, то здесь в свою очередь положена лишь новая граница.
Непрерывное продолжение определенного количества в свое другое производит соединение обоих в выражениях: бесконечно большое или бесконечно малое. Так как в обоих еще имеется определение определенного количества, то они остаются изменчивыми и, стало быть, не достигается та абсолютная определенность, которая была бы некоторым для-себя-бытием. Это вне-себя-бытие определения положено в бесконечном, противополагающемся по направлениям увеличения и уменьшения, – в бесконечно большом и бесконечно малом. В каждом из них, взятом само по себе, бесконечное количество сохраняется в вечной противоположности к своему потустороннему. Как бы мы ни увеличивали какую-нибудь величину, она по сравнению с бесконечным сжимается до полнейшей незначительности. Поскольку она соотносится с бесконечным как со своим небытием, то противоположность качественна. Расширившееся определенное количество поэтому ничего не отвоевало от бесконечного. Иначе говоря, увеличение определенного количества не есть приближение к бесконечному, потому что различие между определенным количеством и бесконечным не есть количественное различие. Противоречие бесконечного прогресса сохраняется. Этот прогресс есть не поступательное продвижение, а повторение одного и того же, полагание, устранение, и снова полагание и снова устранение.
Дурная бесконечность преимущественно в форме количественного бесконечного прогресса обыкновенно принимается за нечто возвышенное и некоторого рода служение богу или движение к постижению абсолютной истины. На самом деле мы имеем дело с возвышением лишь субъекта, поглощающего в себя духовное или материальное в огромном количестве. Скудость этого остающегося субъективным восхождения по приобретению количественного представляет собой напрасную трату труда, так как не в состоянии приблизиться к бесконечной цели, для достижения которой нужно, разумеется, взяться за дело совершенно иначе, а главное отказаться от представления, которое вызывается бесконечным количественным прогрессом. Мысль не выдерживает этого представления, и оно кончается падением или головокружением. Причина этого конца – скука от повторения, при котором граница исчезает и снова появляется и снова исчезает, и так всегда одно ради другого и одно в другом, в потустороннем посюстороннее, в посюстороннем потустороннее. Эта граница перманентно возникает и исчезает, вызывая лишь чувство бессилия этого бесконечного или этого долженствования, которое хочет и не может справиться с конечным. Этот тщетный и пустой результат не минует и верующих в вечную потустороннюю или загробную жизнь. Этот конец может быть устранен лишь путем отказа от этого бессодержательного бесконечного прогресса и нахождением истинного бесконечного. Пустым и тщетным является результат применения бесконечного прогресса к морали. Противоположность между конечным и бесконечным, как противоположность между многообразным миром и поднявшимся к своей свободе “я”, носит ближайшим образом качественный характер. Самоопределение “я” стремится определить природу и освободить себя от нее. Оно само через себя соотносится со своим другим, которое как внешнее наличное бытие есть множественное и количественное. Соотношение с некоторым количественным само становится количественным. Отрицательное соотношение “я” с этим количественным, власть “я” над “не-я”, над чувственностью и внешней природой изображается, поэтому, так, что моральность может и должна все более и более возрастать, а власть чувственности все более и более уменьшаться. Но полное соответствие воли с моральным законом (заповедями) переносится в идущий до бесконечности прогресс, т. е. изображается как абсолютно недостижимое потустороннее, и, именно, то обстоятельство, что оно недостижимо, и должно быть якорем спасения и истинным утешением; ибо моральность должна быть борьбою, а борьба существует только при несоответствии воли с законом. Этот закон, следовательно, есть для нее безоговорочно потустороннее.