Не выразив никаких эмоций, он вернулся на свое место.
Бумаги содержали удивительно полную информацию: и обо всех поставках, до мелочей, и отчёты о деятельности трактира, включая продажи и количество постояльцев, и личную информацию о трактирщике. Нигде никаких зацепок; самый обычный трактир, и хозяин ему под стать.
Несколько раз заходили другие люди, торговцы или чиновники, неизменно косились на меня сперва с удивлением, потом с пренебрежением, просматривали нужные им бумаги.
Пересмотрев все, что можно было, и не по одному разу, я смирился с тем, что здесь ничего стоящего не найти. Свои дела трактирщик давно уже проворачивал так, чтобы ничто не могло вызвать подозрений - или имел здесь покровителей, чего я также не стал исключать.
Я решил предпринять последнюю безнадежную попытку.
- Можно ли что-то узнать о его деятельности, кроме как из этих бумаг?
Ответом было молчаливое покачивание головой.
В комнате сейчас находился еще один человек, молодой, с черными сальными волосами; он лениво копался в каких-то бумагах за столом рядом со мной. Услышав мой вопрос, он бросил взгляд на лежавшие передо мной бумаги, после чего сразу оживился и затараторил, обращаясь ко мне:
- Как же. Здесь любой деловой человек знает то, что в этих бумажках не напишут - и о вашем трактирщике, и о таких, как он, во многих других местах.
Я не верил своим ушам. Сердце сразу забилось быстрее. Неужели это оно?..
Я придвинулся ближе к "деловому человеку". Он продолжил, перейдя на громкий шепот - непонятно зачем, ведь неразговорчивому секретарю все и так было слышно.
- Информацию о нем и о прочих... готов предоставить за вознаграждение. О том, что они скрывают.
Я кивнул, едва сдерживая возбуждение, и бросил взгляд на секретаря. Заметив это, мой собеседник сделал пренебрежительный жест - мол, не стоит из-за него беспокоиться - и продолжил:
- Торговые люди, владельцы трактиров и питейных заведений по всей округе, имеют договоренность с окружным налоговым сборщиком... Большая доля акцизов им предоставляется в обход казны, за мзду сборщику и его людям, и списывается без учета в бумагах...
Он осекся, когда я в ярости встал из-за стола. Не желая больше терять времени на разговоры, я выхватил меч из ножен.
Рубить я никого не собирался, хотя видеть страх в обращенном на меня взгляде было приятно. Я молча указал на печать. Раздавшийся после этого лепет я не слушал, развернувшись, чтобы уйти.
- Господин, - ко мне обратился секретарь, нарушивший молчание впервые за все то время, что я находился здесь. - У вас здесь дела с другим рыцарем Ордена?
Я остановился.
- Другой рыцарь Ордена?
Под моими глазами он держался прямо и бесстрастно, объяснив, что в город недавно прибыл еще один представитель Ордена, как всегда - по секретному делу. Я узнал, и где этот рыцарь остановился. Уточнять, откуда ему все это было известно, я не стал, просто поблагодарил за сведения и ушел.
Возможно, день и не будет потрачен зря.
Охранники косо смотрели на меня, когда я покидал здание, оставляя за своей спиной его обитателей и их интересы.
Акцизы предоставляются в обход казны, ну надо же.
Часть третья
Долго искать не пришлось - когда я был на месте, едва начало смеркаться.
Посланник Ордена расположился в частном доме - может быть, по назначению, может, просто снял за деньги. Небольшой каменный дом располагался на углу своей улицы.
Перед самой его дверью мне пришло в голову, что этот рыцарь, имени которого я не знал, вполне мог в свое время слышать о моей ситуации, а то и знать меня лично. Не столкнусь ли я в таком случае с пренебрежением? Да и с чем я, собственно, к нему пришел - с догадками и домыслами.
Все-таки само его появление в такой момент не могло быть случайностью. Меня не покидала уверенность, что существует некая более масштабная картина, краешек которой я увидел; высокие чины Ордена в это же время знают все, и именно поэтому их представитель был направлен в Дит.
Пары слов в правильном направлении вполне хватит, чтобы он сам мне рассказал подробности своего задания. А дальше - моя инициатива, и, быть может, опала сменится на фавор.
Действительно ли это мне нужно?
Я недолго постоял перед дверью, переводя дыхание, чтобы волнение не отразилось в голосе, а потом постучал - просто кулаком, хотя на двери для этого висело металлическое кольцо.
Я постучал еще раз, сильнее. Снова ничего не произошло; куда-то ушел, должно быть.
Ну, не всем же дверям передо мной открываться.
Без особой надежды я заколотил кулаком в третий раз, еще сильнее. Под одним из ударов дверь негодующе скрипнула и приоткрылась - она была не заперта.