Ноздри епископа воинствующего раздулись, когда он обдумал такую возможность. Затем он встряхнулся и отвернулся от окна. Как бы обнадеживающе все это ни звучало, он вряд ли получит новые винтовки в нужном количестве раньше февраля или даже марта. Армии Силман пришлось бы пережить зиму без них, и это обещало быть неприятным опытом. Но он и раньше испытывал неприятные вещи. Если повезет, он проживет достаточно долго, чтобы испытать их снова. А тем временем ему предстояло проработать все эти отчеты, планы и совещания, если он намеревался удержать свою армию вместе достаточно долго, чтобы надрать еретикам задницу.
Когда мотиваторы промелькнули, он подумал с посуровевшими глазами, что один из них получит какую-то взбучку.
VII
— Боже мой, как там свежо!
Тавис Сандфирд драматически вздрогнул и направился прямиком к железной печи. Похожий на пещеру камин, который когда-то более или менее обогревал большой, роскошно обставленный офис, был перекрыт кирпичной кладкой, через которую к старому дымоходу была подведена труба от печи заводов Делтак, и это тоже было большим улучшением. Теперь он устроился прямо у печки, протянув над ней руки, и Биндфирд Рейманд усмехнулся.
— Вы только думаете, что там «свежо», мастер Сандфирд. — Худощавый седовласый банкир покачал головой. — Избалованные климатом в Теллесберге, вот кто вы, старые чарисийцы!
— Это достаточно свежо для меня, — едко ответил Сандфирд. Он был на двадцать лет моложе Рейманда, с каштановыми волосами и карими глазами, которые всегда казались немного совиными за очками в проволочной оправе. Конечно, совы были хищниками, и они были довольно острыми, эти глаза.
Рейманд только улыбнулся, хотя все еще было по меньшей мере десять градусов выше нуля. Что, как он предположил, вероятно, было слишком холодно для того, кто родился и вырос в Теллесберге. Он вспомнил свою собственную единственную поездку в столицу Чариса с ее яркими цветами, экзотическими птицами и ослепительным солнечным светом и задался вопросом, насколько хорошо Сандфирд переживет чисхолмскую зиму.
Или собирался ли он это сделать, если уж на то пошло.
— Присаживайтесь, — пригласил он. — Если хотите, можете подвинуть это кресло к печи.
— Не думайте, что я этого не сделаю, — сказал Сандфирд, подмигнув.
Уроженец Старого Чариса был не самым тактичным человеком, которого Рейманд когда-либо встречал, что могло быть чем-то вроде препятствия в его миссии в Чисхолм, но у него было чувство юмора, он был умен и знал новые производственные процессы вдоль и поперек.
— Это был приятный штрих с ее величеством, — сказал теперь чисхолмец, сидя за своим столом, в то время как Сандфирд действительно придвинул одно из кресел на расстояние пары футов к печи.
— Хотелось бы приписать эту заслугу, но она и его величество начали такую практику в Старом Чарисе два года назад. Однако это скорее указывает на то, что за нашими усилиями стоит корона, не так ли?
— Это, конечно, так, — согласился Рейманд, хотя, по правде говоря, он был немного в раздумьях по этому поводу.
То, что сама императрица Шарлиан отворотила первую землю для новой мануфактуры лопатой с серебряным покрытием, определенно подчеркнуло приверженность короны. Тот факт, что казначейство Чисхолма было десятипроцентным партнером в этом начинании, должен был сделать это достаточно ясным для любого, но не все это поняли, несмотря на все его усилия сделать это достоянием общественности. Кроме того, визуальный эффект от того, как Шарлиан наступила на лопату, чтобы вонзить ее лезвие в землю Чисхолма, был гораздо более непосредственным.
Это также собрало довольно много людей, что и стало причиной неоднозначных чувств Рейманда. Появление Шарлиан донесло ее поддержку индустриализации Чисхолма до простых людей так, как никогда не смогли бы донести эзотерические подробности инвестиций и капитализации. И, как всегда, ее встретили бурными восторженными возгласами. К сожалению, не все в толпе были в одинаковом восторге. На самом деле гильдии начали осознавать значение мануфактур чисхолмского стиля, построенных в стиле Чариса. Они были, мягко говоря, не совсем в восторге от этой идеи, и те же самые восторженные толпы могли слишком легко обеспечить прикрытие для какого-нибудь сумасшедшего с пистолетом.
Не то чтобы то же самое не случалось с Шарлиан раньше.
— Как вы думаете, сколько времени это займет — я имею в виду этап строительства? — спросил Сандфирд. — Как вы и сказали, я чарисиец — прошу прощения, старый чарисиец — и я не очень хорошо представляю, как зимняя погода может замедлить развитие событий здесь, в Чисхолме.