— Отделочники не оштукатурят, не покрасят, не оклеят обоями стены — никто в них жить не захочет,— добавила мама.
— Ладно, понял,— вздохнул Игорюха.
Все-таки ему хотелось, чтобы папина работа на стройке была самой главной.
— Что понял? — спросил папа.
— Что ты со мной разговариваешь, а сам, как вчера, снова задачки решать заставляешь. Только не по арифметике. А какие-то другие. Хитрющий ты.
— Эх, Игорюха!
Папа положил ему руку на плечо. Совсем как взрослому.
— Тебе в жизни много всяких задач придется решать. Очень сложных. Так что привыкай.
— А какая задача самая трудная? — спросил Игорюха.
— Самая важная,— поправил Игорюху папа.— Самая важная задача — это быть нужным людям.
Так они и шли, папа, мама и Игорюха. Мимо деревянных домиков, заборчиков, из-за которых выглядывали золотые шляпы подсолнухов.
У домиков стоят огромные поленницы березовых дров. Пожилая женщина с трудом несла тяжелые ведра с водой.
«Нет, хорошо, когда в домах центральное отопление,— думал Игорюха.— И не потому, что с ним легче и дрова колоть не надо. Просто, если сейчас города дровами отапливать, то никаких лесов не хватит. Всем березам, всем осинам, всем елкам пришлось бы в печках сгореть».
И еще он начал догадываться, как это правильно — строить высокие дома. Места на земле они нанимают мало, а людей в них живет много. Если представить, что на месте их девятиэтажки сто с лишним отдельных домиков стоит? По домику на семыо. То они, ого, какую площадь займут! Как целое колхозное поле. А на нем можно те же подсолнухи выращивать. Или пшеницу.
А старая улица все дальше уходила от новых городских микрорайонов, от стройки.
И, значит, ближе подходила к кремлю и музею. Поэтому и разговаривать папа с Игорюхой стал о прошлом Тобольска. Ведь сын строителя должен обязательно знать историю города, который строит его отец.
То есть Игорюхин папа хотел, чтобы Игорюха мог представить, каким был город и сто, и двести, и даже четыреста лет назад. И чтобы он знал, какие люди жили здесь.
Когда не только Игорюхи, но даже папы и мамы на свете еще не было. И даже бабушки с дедушкой.
— Ну, третьеклассник, отвечай, кто написал сказку о Коньке-Горбунке? Читал такую?
— Читал,— обрадовался Игорюха.— У нас в классе все ее читали. Про то, как у одного старика три сына было. И младший, Иван, самым лучшим, добрым и сильным оказался. И во всем Ивану помогал его друг — Конек-Горбунок! Только кто написал сказку, не помню.
— Петр Павлович Ершов эту сказку написал,— объяснил папа.— Ее все дети в нашей стране знают. И во многих других странах тоже. А жил Петр Павлович Ершов в Тобольске. Он здесь учителем работал.
— Как интересно,— удивилась мама.— Я тоже сказку про Конька-Горбунка в детстве любила. Но не знала, что сказочный Конек из сибирских мест поскакал.
— Вы еще и не подозреваете, в какой удивительный город приехали,— продолжал папа.— Вот ты, Игорюха, что знаешь о декабристах?
— Во втором классе декабристов не проходят! —защитила Игорюху мама.
— Все равно пусть знает, что были в России такие люди. Первые революционеры. Не побоялись против царя пойти. Тогда простой народ был в рабстве у помещиков. Помещик мог купить человека, продать, даже убить мог.
А самым главным и жестоким помещиком был царь. Декабристы подняли против царя вооруженное восстание. В 1825 году, 14 декабря. Поэтому их декабристами назвали.
Декабристы хотели, чтобы все люди стали свободными. Но их очень мало было. И вооружены они только пистолетами, ружьями и шпагами. А царь приказал стрелять в них из пушек. И после разгрома восстания руководителей казнили, а остальных декабристов сослали в Сибирь, на каторгу. Когда срок каторжных работ кончился, многие из них в Тобольске поселились. И может быть, по той же самой улице ходили, по которой мы сейчас идем.
— Эх, жаль, что я тогда не жил,— вздохнул Игорюха.— Я бы тоже вместе с декабристами против царя воевать стал. И вообще против всякой несправедливости.
— Правильно,— сказал папа.— Против несправедливости всегда воевать надо. И не бояться. Пусть даже твой враг сильнее тебя. В конце концов, если ты прав, все равно победишь. Наберешься сил п победишь.
— Это как я с Петькой Шапкиным боролся,— вспомнил Игорюха.— Он малышей обижал из детского сада. Я ему сказал, чтобы он не приставал к малышам, а он меня толкнул. И я его толкнул. А он меня в нос ударил.
— А дальше что? — спросил папа.
— Дальше из носа кровь потекла. Хотя прав был я, а не Петька.