Выбрать главу

Эпиграф

Что пожелать тебе, чертёнок?

Любви? Да ты ещё ребёнок!

Красы? Да ты и так красива!

А лучше, Чери, будь счастливой!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 1

Если ты хорошенькая молоденькая девушка, выросшая в богатой благопристойной семье, никогда и ни в чём не знающая отказа. Воспитанная в любви у обоих родителей, единственная и неповторимая. С кучей разнообразных друзей и приятелей, преданно заглядывающих тебе в рот, всегда готовых составить компанию, особенно, когда речь идёт о развлечениях. Непременно, в любое время дня или ночи, особенно, если ты платишь…. И не важно, что каждый из них мог бы и сам спонсировать не только себя но и население небольшого провинциального городишки. Однако, халяву любят все, даже те, кто в ней и вовсе не нуждается.

Так вот, именно тогда, когда ты такая юная леди, жизнь тебе должна представляться красочной и яркой картинкой, лишённой любых трудностей и забот. Всё тебе на «блюдечке с голубой каёмочкой», по первому требованию. Жаловаться, как говориться, не на что. Да и, чего уж мелочиться?!! При таком раскладе, пенять на что — либо даже грешно!

Частенько, детки взращенные в таких исключительных условиях, становятся бессовестными «мажорами» или премиленькими невыносимыми стервами. Доставляют постоянные и нескончаемые неприятности любящей семье и друзьям (даже таким же как они сами), вред окружающей среде и человеческому обществу в целом. К счастью, наша героиня не была такой. Напротив, повсюду слыла приятной, вежливой, с многообещающим потенциалом, личностью. И пусть, ни кто почти не считал её слишком умной…. Однако, оригинальной и неповторимой ( в самом положительном смысле, разумеется) находили абсолютно все.

Оригинальности вышеупомянутой юной особе, без сомнения, придавала не только премиленькая внешность и состоятельность родителей, но и необычное имя - Черити. Имя это имело английское происхождение и, на языке первоисточника воспроизводилось скорее как Чарити (Charity). Привычное же звучание приобрело из-за особенности произношения в русском языке английской буквы «а». Некоторые, не слишком образованные знакомые ошибочно предполагали, что это почти тоже самое, что и «cherry” - вишня. На самом же деле, в переводе имя нашей героини значило совершенно иное - «милосердная». Прямо скажем, ничего общего! Однако, окружающих сей факт мало волновал. Для удобства и по личному расположению каждый норовил обращаться к девушке на собственный манер.

Версии колебались от популярных (того, что постоянно было на слуху) типа Шер (как одна знаменитая певица), до не имеющих к истине никакого отношения, типа - «Рита» или «Ри-ри», а в итоге, просто «Ри». Папа звал исключительно «Вишенкой», чем доводил супругу до исступления. Ведь, имя дочери было её идеей-фикс и только она всегда величала девушку Черити (и на том благодарствуйте, что не Чарити!). Были ли то моменты крайней нежности или справедливого гнева, обращение никогда не менялось.

Матушка, Гертруда Викторовна, в своём роде была женщиной выдающейся. Типичная жена очень успешного и состоятельного человека — холёная, воспитанная, искушённая в тонкостях «светской» жизни и интригах. Поборница высокой морали, преемственности поколений и сохранения хороших манер при любых обстоятельствах. В меру фигуристая, не полная, но и не худосочная. Всегда идеально причёсанная и одетая сообразно случаю. На вид — натуральная аристократка, как в романах!

В общем, типичная первая (и единственная, к чести последнего) жена миллионера. Занятая собой, мужниными делами, бытовыми хлопотами и (иногда), конечно же, ненаглядной доченькой. Для удобства, и собственного и всех своих домочадцев, в наличии (само собой) полный штат, так называемых, «помощников по хозяйству» (не самой же барыне на кухне у плиты преть, в конце-то концов!).

Казалось бы, при таких деньжищах да муже, особого ума не требуется. Однако, пусть и обычная домохозяйка, эта женщина никогда не пренебрегала собственным образованием. Ещё до замужества поступила в один из престижнейших столичных университетов, в последствии, успешно его окончив с красным дипломом. Специальность, которая была для неё единственно приемлемой, «Зарубежная филология немецкого языка и литературы».