Освобождение терапевта и клиентов друг от друга может стать серьезной проблемой. Например, какое-то время я проводил супервизию в Нью-Йорке. Все обучающиеся были опытными психотерапевтами и рассказывали на общем обсуждении о своих клиентах. Обсуждение начиналось примерно с таких фраз: «Я работаю с этим клиентом уже 8 лет». Другой терапевт говорил: «Эту терапию я провожу 9 лет». Я начал понимать, что эти терапевты не могли освободиться от своих клиентов и таким образом просили меня о помощи. Они не могли ни вылечить своих клиентов, ни бросить их. Так как терапия, которой мы занимались, была краткосрочной, нескольким обучающимся понадобилось всего несколько обсуждений, чтобы успешно завершить терапию. Через некоторое время другие терапевты начали смущаться и говорить примерно так: «Я лучше не буду упоминать, сколько лет я встречаюсь с этим клиентом».
В первую очередь защита обучающихся предполагает их общение и взаимодействие с профессионалами других областей, имеющих иные, не психотерапевтические, приоритеты. Иногда обучающиеся обнаруживают, что их попытки соблюсти интересы и удовлетворить идеологические запросы коллег в медицине, психологии и социальной работе препятствуют их собственной терапевтической деятельности. Супервизор должен помочь им разобраться с этими вопросами.
Другие спорные вопросыСупервизору приходится иметь дело и с другими противоречиями в нашей сфере, включая вопросы: должен ли обучающийся психотерапевт целенаправленно воздействовать на клиента, когда клиент этого не осознает; должен ли он выступать за развод, если пара несчастна; должен ли он забирать детей из дома и отдавать их в приемную семью, если родители о них не заботятся; стоит ли советовать молодежи покидать своих родителей и никогда больше с ними не общаться и стоит ли прекращать терапию, если предъявленная проблема уже решена, но есть другие очевидные проблемы.
Нам нет необходимости рассматривать здесь все эти спорные вопросы, так как разумный уже давно занял по каждому из них правильную позицию.
Глава 8 «Живая» супервизия
«Живая» супервизия — это такая супервизия, при которой супервизор наблюдает за работой терапевта и делает замечания по ходу действия. Такая организация работы может принимать различные формы. В XIX веке обучение клиническому гипнозу заключалось в том, что обучающийся наблюдал за работой учителя с клиентом, а затем учитель наблюдал за работой обучающегося. Супервизор тогда мог наблюдать за происходящим и руководить ходом терапии. Внедрение в практику в начале 1950-х гг. «прозрачного» зеркала, а затем видеозаписей, дало супервизору возможность наблюдать за работой обучающегося, не присутствуя на интервью. В использовании «прозрачного» зеркала можно выделить несколько стадий[23]. Я вспоминаю стадии моего собственного развития как супервизора. В самом начале мы только наблюдали за работой обучающегося через зеркало, не внося никаких корректив по ходу интервью — только до или после него. Позже мы обсуждали с обучающимся, что ему следовало бы сделать. Иногда тем из нас, кто наблюдал через зеркало, было больно видеть, как обучающийся совершает ошибки, которые легко можно было бы исправить или которых можно было бы даже избежать, если бы мы сделали замечание. Но мы ждали окончания сеанса, чтобы дать свои комментарии. Тогда, в самом начале, мы все считали, что терапевтический сеанс неприкосновенен и в этот процесс нельзя вмешиваться. Возможно, такое мнение явилось результатом предыдущего периода, в котором конфиденциальность считалась важнейшей частью терапевтической обстановки. Между клиентом с терапевтом и всеми остальными как бы пролегала граница, создававшая ощущение беседы наедине, даже если за ними велось наблюдение через «прозрачное» зеркало.
Следующим шагом в использовании «прозрачного» зеркала стал стук в дверь во время интервью и вызов терапевта из кабинета для того, чтобы высказать ему какие-либо предложения. Было отмечено, что от таких предложений в процессе интервью не только улучшается сама терапия, но и терапевт лучше усваивает идеи, чем в случае, когда супервизор высказывает свои предложения до сеанса. Терапевты не возражали против этих вторжений, они были благодарны за руководство. После того как таким образом была разрушена граница терапевт — клиент, терапевты смогли уже вполне непринужденно выходить в середине сеанса из кабинета, чтобы проконсультироваться с супервизором.