— Погоди, Мич. Он вроде сам все расскажет.
Вилли, заикаясь и запинаясь, принялся рассказывать о своем транспортнике «Катус». Они отстыковались от «Эсперанцы» восемь земных суток назад, чтобы доставить на базу груз, захваченный во время последнего дела. Дело прошло не гладко — их поджидали конфедераты, «охотники за головами». Вилли не знал подробностей, но раз груз все–таки захватили, значит Ксавьер Саваж оставил конфедератов с носом.
Грузом были пассажиры пятого класса. Что такое пятый класс? В просторечье его называют «мороженным мясом». Люди с беднейших, неразвитых планет, чаще всего рабовладельческих или феодальных, которые не могут накопить денег на билет и становятся «сервентами» — кабальными работниками кампании, которая была бы готова оплатить межзвездный перелет до места работы. Контрабандисты также промышляют такими пассажирскими перевозками — есть много желающих сменить место жительства так, чтобы об этом не узнали власти планеты, или Конфедерация.
Проблема заключается в том, что примерно десять процентов пассажиров пятого класса гибнет во время процедур заморозки или разморозки, еще пять зарабатывают церебральный атеросклероз и на его фоне — разнообразные психические расстройства.
Стоит ли говорить, что «мороженное мясо» является дорогим и востребованным товаром?
— Так… Работорговля, значит… А что в тех двух отдельных контейнерах в грузовом трюме? — в голосе слышалось плохо скрываемое отвращение.
— Тоже — мороженное мясо… — ответил Вилли. И откуда этот парень знает о контейнерах? Он что, внутри побывал?
— Кто–то особенный?
— К-конфедераты….
Путь до корабля Вилли проделал с мешком на голове. Под прицелом «Бура» он открыл шлюз, и хотел было обернуться, чтобы пропустить своего конвоира вперед, но тычок ствола и сердитый окрик заставил его идти первым.
— Почему ты прячешь свое лицо? — спросил пилот.
— Я? Прячу? Я не хочу, чтоб ты смотрел на меня, чучело. Это две разные вещи, понятно?
— Что уж тут непонятного?.. — пробурчал Вилли.
Он как–то свыкся с положением пленника, тем более этот парень не выглядел таким уж извергом. Были у Вилли и планы, как избавиться от своего конвоира, и все эти планы были связаны с кораблем. Но проклятый звереныш внимательно следил за ним.
— Давай, показывай мне своих конфедератов.
Вилли, шаркая, прошел в грузовой трюм, по требованию парня оставляя все двери открытыми.
— Открывай!
Вилли отсоединил крепления, скинул пластиковую крышку и замер в нерешительности.
— Чего стоим? — спросил парень.
— Ну тут такое дело… Этот — ранен сильно. Если его разморозить, и не оказать помощь — он умрет. А у меня медицинского дроида нет…
— Понятно. Дай–ка посмотрю… Пять приставных шагов вправо и не оборачиваться… Не оборачиваться я сказал!! — голос был резкий, как удар хлыста.
Дела у седого мужчины, лежащего за толстым оргстеклом в капсуле, были плохи. Правая часть грудной клетки была разворочена настолько, что виднелось легкое.
— Капсулу транспортировать можно? Она автономная?
— Автономность трое суток вроде бы… Тут где–то написано…
— Разберемся! Следующую открывай.
С видимой неохотой Вилли отбросил пластиковую крышку второй капсулы. Он услышал, как парень неопределенно хмыкнул. М-да, посмотреть тут было на что!
Короткая стрижка с неровной челкой, пшеничного цвета волосы, яркие, правильные черты лица без капли косметики… Черная футболка очерчивала высокую грудь и тонкую талию, серые конфедератские форменные штаны подчеркивали крутые изгибы бедер, спортивные икры были затянуты в высокие берцы армейских ботинок. Девушка была что надо, хотя стройной или хрупкой назвать ее язык не поворачивался. Скорее — статной, спортивной.
— Это все? Тут больше нет конфедератов? — спросил парень, с трудом отрывая взгляд от спящей красавицы.
Его опыт подсказывал, что освобождать в такой ситуации существо женского пола — опрометчиво.
— Нет, остальные — гражданские с разных планет.
Какие–то левые люди, часть из которых — потенциальные психи? Ну уж нет.
— Открывай тогда ее.
— Э–э–э…
— Открывай, я сказал!
Вилли повернул какую–то ручку, капсула зашипела и изморозь на стекле стала таять. А потом мигнула какая–то лампочка, стекло отодвинулось в сторону, а вот Вилли отодвинуться не успел, и рифленая подошва ботинка впечаталась ему под дых.
Он уже корчился на полу, а явившаяся на свет божий валькирия добавила ему еще раз — по лицу и по ребрам.
— Я тебя предупреждала, свинья! Я тебе не портовая шлюха, чтобы такие уроды как ты меня лапали! — с ее мокрой одежды на пол лилась вода — конденсат из капсулы, но девушку это явно не смущало.