Но тут незамедлительно явилась менеджер по персоналу, которой уже успели доложить, что заведующий хозяйственной частью имеет претензии к отделу кадров.
— Вы, пожалуйста, следите за тем, что вам вверено, и не суйте нос в чужие дела, — ласково проворковала она, глядя на Ларионова. — О ситуации Сергея Александровича мы были осведомлены раньше вашего и уже решаем этот вопрос.
— В каком это смысле? — поинтересовался Мухин.
Но его никто не услышал, потому что Ларионов тут же накинулся на кадровичку с уничижающим монологом о беспечности, безответственности, безалаберности и бесхребетности. По его словам, все эти бесы и безы, намеренно и планомерно внедрялись в структуру компании непосредственно самим отделом кадров. И вот теперь, стало очевидно, что ниже падать уже некуда.
Одним словом, скандал разгорелся нешуточный. Прямо возле Серёжиного стола, вокруг его рабочего места, так что пришлось задержаться и терпеливо ждать, пока не придет уборщица и не разгонит базар. Вот только к тому времени все ремонтные мастерские уже закрылись.
Летом уходить с работы было вдвойне приятно. Тёплые улицы, оживленные лица, цветные юбки. И, казалось, будто день только ещё начался, и можно даже пойти в парк или посидеть в уличном кафе. Ветер пах асфальтом, липами и благовониями из открытых бутиков. Город шумел и выглядел будто бы беспечным. Мухин тоже попробовал не думать и даже не строить прогнозов, но навязчивые мысли сами собой лезли в голову.
Можно отнести телефон в мастерскую утром, но тогда избежать опоздания не получится. Или же найти старый мобильник, но тогда все снова будут считать его лузером.
Оставался только один возможный вариант. Способный, казалось, полностью исправить положение и восстановить репутацию. Нужно было купить новый телефон! Да так, чтобы модель была лучше, и стоил дороже разбитого.
Пошёл сразу, не откладывая. В большой и известный магазин, чтобы уже наверняка и с гарантией. Внутри всё бурлило, особенно молодежь. Было странно, что они такие яркие и веселые, словно им не нужно задумываться о будущем. На лестнице Мухина толкнули трижды, а четвертого он толкнул уже сам.
Аппарат выбирал долго и придирчиво. Продавец Геннадий, как оказалось, ничего про хорошие модели не знал, так же как и не знал, кто из продавцов знает. Потому что у них каждый мог рассказать только о двух-трех телефонах, закрепленных непосредственно за ним, а поскольку кроме телефонов было много и другой всевозможной техники, то консультантов в магазине находилось, значительно больше, чем покупателей, и запомнить имена всех, не представлялось возможным. Однако некто Антон сказал Мухину по секрету, что хоть он сам и продавец холодильников, но как раз сегодня утром, краем уха слышал разговор о какой-то ультрамодной модели. И вот только после этого, Мухин смог отыскать Кирилла, отвечающего именно за эту серию телефонов.
— У него прочный экран? — допытывался Мухин, — не разобьется?
— Что вы! — заверил Кирилл. — Мы все сейчас ими пользуемся. Иногда даже в шутку кидаемся в раздевалке и ничего, не разбиваются.
— Но они же дорогие, неужели у вас все продавцы так хорошо зарабатывают?
Кирилл пожал плечами:
— По-разному. Просто иногда приходится покупать что-нибудь друг у друга, чтобы бонус за количество покупок дали. А потом с бонуса часть затрат компенсировать. Мало остается, конечно, но зато телефоны меняем как перчатки и чувствуем себя приличными людьми.
Когда же Мухин, скрепя сердце, всё же решился на покупку, то неожиданно выяснилось, что на его банковской карточке недостаточно средств, и он с позором и унижением покинул магазин. Телефон зазвонил как назло в лифте. Обычно связь там была очень плохой или совсем отсутствовала, но не в этот раз.
— Это ваш, — кокетливо сказала голубоглазая девушка с восьмого этажа, с которой Мухин вот уже второй месяц надеялся завести знакомство.
— Разве? — он сделал удивленный вид.
— Не узнаете свою мелодию?
— Да. Похоже, — согласился Мухин, продолжая бездействовать.
— Так ответьте же на звонок!
Мухин вытащил мобильник из кармана и, хотя звонить тот уже перестал, девушка всё же успела разглядеть трещину, потому что, выходя из лифта, даже не попрощалась.
Дома было тихо. Дома было неприятно и подозрительно тихо. Молчали трубы, молчал холодильник, только вечно ноющая соседская собака, казалось, подвывала противнее обычного. Первым делом он включил радио, потом погрел замороженную лазанью и, с облегчением скинув с себя всё офисное, полез искать старый телефон. Впрочем, как это обычно и бывает, найти его нигде не смог. И ни в тумбочке, ни в письменном столе, ни в ящиках под телевизором.