Там, далеко на Земле, ты уже нажала Ту-самую-Кнопку, сигнал шел больше часа к нам, и вот-вот должен был достичь «Прометея» и базы. Мы все застыли, глядя на отсчет секунд, и даже Петер вроде бы сглотнул тогда, чего за ним никогда не замечалось. Арслан стоял у спинки стула, и яростно поднимался и опускался на ступнях в нетерпении. Мы с Васко сидели на креслах, и я заметил, как он сжал тогда подлокотник, до белых костяшек на загорелых руках.
Момент НОЛЬ!!!
Иссиня-черный луч ударил из кормы вдруг исчезнувшего «Прометея», ушел куда-то в сторону звездочки нашего Солнца, и за секунду развеялся, исчез. Приборы показали, что корабль успешно переместился в намеченную точку, где сравнительно рядом, в тысячах километров его ждали другие боты-наблюдатели. Мы радостно стали поздравлять друг друга, и если б на нас были цилиндры и киверы, то бросали бы их в потолок базы. Но на нас были рабочие легкие скафандры, а встроенный шлем не побросаешь вверх.
***
Внезапно на экране исчезли изображения и данные, загорелись огромные красные надписи «ОПАСНОСТЬ!», мерзко взвыла сирена. Роботы подхватили нас и буквально понесли по переходам, коридорам и лифтам, где медленный человеческий глаз только и успевал выхватить красные ленты мелькающих мимо аварийных сигналов.
Ничего не соображающих и задыхающихся от такой скорости членов команды роботы доставили, оказывается, прямо в челнок, а сами остались на базе по аварийному протоколу. И только тут мы смогли отдышаться и сразу вызвали данные на свои браслеты. Теперь я понимал, кажется, состояние ящерки, когда ее отнес наш дворецкий на тот желтый камушек.
Искин базы Мимас-2 доложил о критической нестабильности Солнца. На изображениях ничего не было видно, свет до нас будет добираться еще больше часа, но гравиметры и другие чувствительные приборы не врали. Единственным верным решением роботы наметили наше спасение на «Прометее», и направили челнок на точку встречи. Искин-капитан «Прометея», оценив ситуацию, за мгновения решил переместиться к нам навстречу, и совершил второй прыжок, очутившись в сотнях тысяч километров ближе к базе. Второй раз мелькнул луч чистой темноты длиной в сотни миллионов километров, и развеялся в пространстве, а карготранспорт уже был виден даже невооруженным взглядом недалеко от нашего челнока.
Все это мы, обалдевшие от происходящего, прожили буквально за десяток секунд. И только тогда к нам пришли мысли о близких, об оставленной Земле. И четверо взрослых космонавтов-астронавтов выли и рыдали в голос, Арслан даже драл волосы, приговаривая на своем наречии.
Когда мы были уже близко к «Прометею», и его туша заслоняла нам звездное небо на траверзе, мы получили сообщения на свои браслеты, их нам передал искин базы. Видео от помех было сильно повреждено, но я угадал твои огненные волосы, лежащие на плечах скафандра, а лица так и не смог разглядеть. Звук тоже был поврежден, но фразы угадывались.
«…пош… не по пла… флюк…ции прост… вре…ни... Сол… ста… нестаб… у нас… бук…но… минут… Прощ… любл… теб… Сереж…»
Твой размытый образ приблизился к экрану, и на долю секунды я разглядел веснушки на кусочке бледной щеки, ты, видимо, послала мне поцелуй. Больше ничего не помнил. Кажется, по прибытии челнока полиморфы вносили нас в «Прометей» на руках.
Мне потом показали запись, как Солнце, получив удар лучом разрушающегося континуума пространства-времени, вдруг стало распухать, стало голубоватым, потом опало обратно до прежнего размера. Затем рвануло вновь страшным оранжево-белым шаром, за секунды сожрав Меркурий и сжигая дотла Венеру, а на Земле уже выгорали все леса, и испарялись моря, спекались в стекло пески. Все кончилось за минуты, но я никогда больше не просил мне показывать это.
Мы получили огромную дозу радиации, были подавлены и опустошены. Искин выделил нам кусочек трюма с мастерскими, заполнив воздухом и подогревая пару квадратных километров грузовых отсеков. Он логично предположил, что нам надо будет чем-то заниматься, когда придем в себя. Такая вот получилась комфортабельная тюрьма, откуда мы не можем выйти в остальные безвоздушные ледяные части «Прометея», разве что в скафандрах. Но зато к нам были приставлены роботы-полиморфы, в качестве помощников.