7 октябрь 5
Павел проснулся еще до будильника, полежал, «погоревал», что жена его оставила одного, но не расстроился (после такого бурного и «сладкого» примирения сил «расстраиваться» просто на хватало) – Димка в эту ночь был важнее его спокойного сна и его уверенности, что она всегда рядом. Он встал, осторожно заглянул в открытую дверь комнаты сына. Кира тут же открыла глаза, помахала ему рукой, наградив его благодарным взглядом за доставленные «ночные удовольствия», но вставать не стала, зная, что у нее еще полчаса времени: подъем, тренажерка, душ (в котором она присоединится к нему), а уже потом завтрак…
- Температуры вроде нет, - поцеловав влажную после душа кожу мужа за ухом, сообщила Кира и поставила на плиту турку с водой. – И не понятно, с чего температура подскочила – в сад не ходили, гулять тоже…
- Врача вызови, - довольный утренней «душевой благодарностью» жены, напомнил Павел, - вдруг температура снова поднимется.
- Обязательно! – подав завтрак, Кира присела к столу напротив мужа и подперла голову руками, наблюдая, как муж с аппетитом уплетает сложенный пополам омлетный блин (или мучной омлет) с начинкой из копченостей, томатов и зелени. – Вкусно?
- Очень! – Павел благодарно взглянул на жену – ему больше нравилась ее забота о нем, но и завтраки тоже, хотя разнообразием они не отличались, но были куда лучше бутербродов, которые иногда ему приходилось готовить самому. – Ты хоть выспалась?
- Да. Ты на меня больше не сердишься?
- Прости, пожалуйста! Просто перенервничал… строил грандиозные планы, а ты их раскритиковала - обидно.
- Так получилось, - пожала плечами Кира, встала и начала варить кофе.
- Отец их тоже не одобрил, но я войду в курс дела и обязательно проведу аудит.
Кира хотела напомнить про ненужные сокращения персонала, но передумала – пусть успокоиться, а потом они обязательно поговорят…
- Какие планы по работе? – поинтересовалась она, подавая кофе в изящной, белой чашке.
- Сегодня еще у отца в офисе поработаю, а потом займусь делами своего агентства.
Сделав глоток кофе, Павел слегка поморщился – опять пересластила, но замечания делать не стал (половина кофейной ложечки сахара нейтрализует часть горечи кофе, делая его более мягким и приятным на вкус, а кофейная ложечка сахара делает его сладким…).
- Прости! Я опять положила сахар в чашку, а не в турку, - огорчилась Кира. – Вари кофе сам!
- Нет уж! – покачал головой Павел. - Пусть будет сладкий! Самому варить себе кофе по утрам у меня времени не хватает – пью растворимый! Без сахара!
- Обещаю исправиться! – открывая холодильник, произнесла Кира, доставая блюдечко с двумя шариками мороженого. – Мое сладкое извинение! Твое любимое – пломбир и ореховое.
Ее слова и забота заслуживала особого внимания – Павел взял руку жены и поцеловал прохладную ладошку.
- Ты моя, Прелесть!
Завтрак заканчивался на «сладкой ноте» – он ел холодное, сладкое мороженое, запивая его горячим, горьким, «сладким» кофе…
8
Другой завтрак, в другом загородном доме проходил в полном молчании: каждый из супругов обдумывал свои дела на день.
Красавица-супруга обдумывала предстоящий раздел супружеского имущества, с которым оказалось не все так просто, как она предполагала: этот загородный дом был куплен в период их брака, но на средства мужа, что затрудняло раздел фифти-фифти (по словам адвоката «выделить супружескую долю при живом муже вряд ли удастся, а вот, если бы муж неожиданно погиб или скоропостижно скончался, то выделение супружеской доли, половины, на имущество нажитое в браке вполне реальное и законное, но окончательно ссориться и разводиться с мужем в планы расчетливой супруги пока не входило – прежде чем рушить созданное благополучие, следовало «выкачать» побольше денег из прижимистого супруга и разузнать его финансовое состояние на данный момент, прежде чем затевать дележку имущества.
Супруг получил, наконец, обнадеживающие результаты частного расследования его сбежавшей дочери – частной сыщице из детективного агентства удалось напасть на след, отследить их передвижение с подругой и даже отыскать квартирку, которую снимали беглянки – правда, все эти сведения касались «начала побега», но это был след – сыщица намекнула, что есть даже свидетель, сказавший, что с его дочерью все в порядке – хорошо бы поговорить с этим свидетелем, надавив на жалость или просто купив его показания – за информацию о своей дочери денег он не пожалеет.