Тот закрутил головой и попросил разрешения сходить на кухню за водой. Под конвоем, но его пустили. Тимофей напился сам и принёс кружку себе.
– Так что здесь произошло? – спросил следак, удобно устраиваясь на диване.
Ещё час мы рассказывали обо всём. В итоге – Дмитрия Савельевича отпустили, как и его ребят. Разрешение на оружие у тех имелось. Ксению задерживать причин тоже не нашлось. О деньгах, что она увела у мужа, я естественно промолчал. А вот Веронике следователь обрадовался. Арестовал принародно.
Когда всё закончилось, и мы остались в доме вдвоём, я чуть не разрыдался от счастья. Наконец-то мой дом лишь мой. Разговаривать не хотелось – слишком много пояснял следователю. Одиночество – вот чего мне действительно хотелось. Я уехал к себе в комнату, сказав, что будить меня не нужно. Когда проснусь, тогда и будет утро.
Только вот выспаться мне не дали. Измученный событиями, я думал, что усну мгновенно, но никак не мог пристроиться. Возможно, во всём виновата новая кровать, к которой я ещё не привык. Благодаря турнику, что я опускал, подтягивать тело стало легче, и я ворочался.
Наверное, поэтому я услышал скрип половиц. Никого в доме, кроме Тимофея не должно быть, а значит…
Адреналин ещё не спал от предыдущих событий, а тут новые. Принялся лихорадочно перебирать способы защиты и увы, их оказалось очень мало. Даже для меня здорового придумался всего один вариант: встать за дверью и огреть входящего по голове. А у лежачего какие шансы? Но сдаваться сейчас?
Схватил телефон и отправил следователю сообщение. Хотел ещё Тимофею, но не успел. Дверь приоткрылась, и в комнату скользнула тёмная фигура. Я успел спрятать телефон под одеяло, вытянул руки и сделать вид, что сплю.
Как только пришедший наклонился, я со всей силы ударил его по ушам, а потом турником откинул от себя.
– Тимофей, – заорал я во всё горло.
– Ах ты тварь, – зашипел нападавший, поднимаясь с пола, – я ведь хотел по-хорошему, лишь денег взять, а теперь...
Щёлкнуло выкидное лезвие, и на меня навалилась тяжесть чужого тела. Я дёрнулся, но в тот же миг плечо опалило болью.
В этот момент на голову бандита что-то обрушилось, и он стёк с меня, давая возможность вздохнуть.
В глазах всё плыло. Даже когда Тимофей включил свет и принялся вязать напавшего, легче не стало. В плече невыносимо пекло. Мой помощник поднялся, навис надо мной, что-то крича, но слова доносились будто сквозь вату и стали отдаляться.
Я пытался что-то сказать, пошевелиться, но тело не слушалось. Плечо горело огнём, и эта боль пульсировала в такт с уходящим сознанием.
Тёплая волна накрыла меня с головой, смывая боль, звуки, свет. Я выдохнул и провалился в тишину.
Серую, зыбкую, бесконечную.
Сначала мне было хорошо. А потом я услышал голоса. Я как-то читал, что люди, уходящие в другой мир, видят свет, но никак не слышат голоса. Тогда что это? Любопытство подняло голову совсем неуместно. На меня только что напали в очередной раз, а я тут прислушиваюсь к женскому скандалу.
А он разгорался.
– Он всё осознал, – говорил один голос грозно.
– И что теперь? Премию ему выписать за то, что прозрел? – ехидничал второй.
– Может просто вернуть его в детство? Мужику досталось, – предложил третий.
– Нет! – воскликнули первые два одновременно.
– А что здесь происходит? Вы кто? – не удержался я от вопроса.
– Очнулся? – третий голос приблизился, но я никого не увидел.
– Рана пустяковая, хоть и болезненная, – фыркнул второй голос. – Терпи.
– Решаем, что с тобой дальше делать, – пояснил третий голос. Я почувствовал, что эта жалела меня больше всех.
– Какие варианты? И кто вы? – уточнил я. Пусть мне на данный момент всё казалось нереальным, но будущее – это важно.
– Ведьмы мы, что тут непонятного? И только попробуй пошутить над нами. Мало тебе не покажется. Ведьмы – это звучит гордо! – вспыхнула первая.
– Мы можем помочь тебе вернуться на два года назад, и тогда не будет инвалидности и твоего кресла, – резко бросила вторая.
– И что мне за это надо будет сделать? – удивился я, понимая, что просто так такие вещи не даются. Ходить своими ногами – предел мечтаний.
– Ничего. Просто ты навсегда останешься один. Женщины будут, но все такие же пустышки, как Вероника с Ксенией. Счастья тебе они не принесут.
– Понятно. А какой второй вариант? – выдохнул я, чувствуя, что меня начинает вытягивать обратно. Где-то далеко, за гранью серого, начала пульсировать боль в плече. Тимофей, наверное, перевязывает.
– Ты останешься здесь, в своём времени, в этом кресле. Но ОНА будет рядом. Если сможешь её найти и, если она захочет тебя видеть. Уж больно ты её обидел. Гарантий никаких.