Когда вышли, я впервые за долгое время почувствовал, что эмоции отпустили и я просто наслаждался тем, что жив.
На выходе из замка мне показалось, что я увидел знакомую фигуру. Длинное платье, волосы, собранные пучок, две прядки, выпущенные на лицо. Я резко притормозил.
– Тим, стой, подожди. Мне кажется, я видел Ксению. Она здесь одна? Снова сбежала от мужа или они здесь вместе?
Сердце, даже после адреналинового квеста, застучало ещё чаще.
– Где? – напрягся мой названный брат.
– Возле выхода.
– Она не будет там торчать вечно, нужно всего лишь подождать.
В этот момент раздался телефонный звонок.
– Евгений Иванович, документы готовы, мы ждём вас на подписание.
– Хорошо, – отозвался я. Вот же ж. – Тим, нам надо идти.
– Надеюсь, её уже там нет. Как мы могли так попасться? – возмущался друг.
– Надеюсь, она нас не видела, иначе вся наша конспирация пошла коту под хвост. Такая большая страна, а нас угораздило встретиться на юге, – я сильнее сжал подлокотники и переключил передачу. Весёлое настроение улетучилось бесследно.
Подписав договор, мы поспешили вернуться к себе. Мне ещё какое-то время казалось, что за мной следят. Лишь через неделю это ощущение исчезло. Мы продолжали обустраивать офис и планировали открытие через неделю. Всё вроде бы шло хорошо, но под ложечкой странно подсасывало. Тимофей, видя, что меня что-то гложет предложил съездить на пляж искупаться. Я согласился.
Знакомый настил встретил нас запахом перегретого дерева. Колёса зашуршали и легко вкатились в воду. Через десять минут я уже качался на волнах, наслаждаясь солёными брызгами. Территория, где купались инвалиды всегда огорожена плавучими буками. В этой зоне бывало не больше двух плавающих кресел с кураторами, но сегодня я купался один. Тимофей обычно меня не оставлял, но у него внезапно скрутило живот, и он убежал.
Я расслабился, прикрыл глаза и прислушался к гулу основного пляжа. Дети, как всегда, выделялись звонкими голосами. Кричали чайки, волны ритмично тёрлись о песок.
Тем удивительнее было услышать своё имя, сказанное знакомым голосом. По позвоночнику пополз холодок.
Чудо
Я резко открыл глаза и приподнялся на локтях. На самой кромке воды стояли трое: Димыч в светлых брюках, белой рубахе и два мордоворота в костюмах.
– Где Ксения? – обманчиво ласково, спросил Димыч.
– Что? – то, чего я опасался, свершилось, – понятия не имею.
– Врёшь. Мои люди потеряли её в замке, зато увидели тебя. Второй раз вы оказываетесь вместе. Думаешь, я поверю в совпадение? – зашипел Димыч.
– Что, опять сбежала? Просто какая-то неуловимая у тебя жёнушка, – позволил я себе хмыкнуть, хоть внутри всё сжималось от ужаса. Руки мелко затряслись.
– Язвишь? Что ж, может это тебе поможет вспомнить? – Он кивнул одному из своих охранников, и тот, скинув костюм, вошёл в воду.
Успел увидеть блеснувшее лезвие и послышался звук выходящего воздуха.
– Что ты сделал? – закричал я. Обернулся, в надежде, что меня услышат, но никому до меня не было дела. А ноги начали погружаться в воду.
– Так лучше думать? – угрожающе проговорил Димыч.
Перед глазами встали фотографии Наташки и Сони. Дочь показывала мне язык, а Наташка качала головой, не одобряя её действий. Они все живые, здоровые и я безумно рад за них. А я?
– Не вздумай кричать, – прошипел тот, что был в воде.
Я сглотнул.
– Послушай, я Ксению не видел с того самого дня, как ты её забрал, – быстро заговорил я, с ужасом наблюдая, как охранник надавливает на коляску, и она всё больше погружается в воду. – Сам подумай, зачем она мне? Все эти неприятности мне не нужны. Я просто хочу жить. Даже так, в инвалидном кресле.
– Ты хорошо подумал? – Димыч снова кивнул, и я услышал ещё два прокола. В моём плавсредстве было три колеса: одно в ногах и два за спиной. Также – два пластиковых подлокотника. Эту коляску нелегко потопить, всё-таки сделана она на совесть, но при желании…
Я почувствовал, что ещё сильнее погружаюсь в воду, и коляску чуть толкнули на глубину. Меня колотило. Волны перехлёстывали через меня, и приходилось постоянно отплёвываться.
– Вспомнил, где моя жена? – последовал новый вопрос.
– Вы не там ищите, – устало ответил я. – Кстати, на пляже есть камеры, – я кивнул на ближайший павильон.
Вода добралась до груди. Я перестал даже моргать. Дышал коротко и часто.
– Ладно, хватит, – лениво процедил Димыч. – Оставьте его.
– Совсем? – разочарованно спросил любитель потыкать ножом.
– Можешь его искупать, по-настоящему, – хмыкнул он и развернулся. В следующее мгновение я оказался в воде.