Медленно, методично, хладнокровно. Я заберу самое главное, что у него есть. Я заберу его никчемную жизнь! Сотру его из этого мира раз и навсегда!
Я не чувствовал ни капли страха, ни доли сомнения. Только злость и ничего больше у меня не было.
Только холодную, обжигающую ненависть. Я нажал на газ. Машина резко рванула вперед.
Я вспомнил, где он был. Тот самый пистолет из детства, который ждал меня там всё это время и готовился к своей новой жертве, как голодный до крови притаившийся хищник.
Старый заброшенный дом, что строился на окраине города еще двадцать лет назад, но так и остался памятником чужих несбывшихся планов.
Я с Лёхой прятал там его, когда мы еще были пацанами. Тогда мы думали, что это он останется там навсегда. Пообещали друг другу никогда сюда не возвращаться
Но сейчас другой случай. Я гнал машину к стройке, а в голове у меня было только одно — как он умрет. Как я заставлю его заплатить за Ангелину своей жизнью.
Я представлял его лицо, когда он поймет, что это конец.
Но самое страшное было не это. Самое страшное было то, что мне этого безумно хотелось.
Я вспоминал её. Как она смеялась, когда мы говорили о будущем.
Как её голос звучал, когда она говорила со мной поздними ночами.
Как её глаза наполнялись светом, когда она смотрела на меня.
А теперь… Я прикусил губу, пытаясь сдержать новый поток ярости.
Но я не мог. Вспоминались слова Димана.
— Сделал с ней…ну короче ты понял…он ей воспользовался.
Этот мерзкий голос, этот безразличный тон. Я видел это в голове.
Как он входил в её комнату.
Как она просыпалась и не понимала, что происходит.
Как пыталась вырваться, как кричала.
КРИЧАЛА.
Я ударил кулаком по рулю. Боль отозвалась во всей руке, но мне было плевать. Не чувствовал её
Начал задыхаться от злости. Грудь сдавило так, словно внутри меня разгорался пожар. Этот урод был еще жив.
Он дышал, а её больше нет. Он отнял у меня самое дорогое.
И теперь он узнает, что значит потерять все.
Я вывернул руль и въехал на пустырь перед зданием.
Фонари тут не работали. Только темнота и лунный свет, который делал руины еще более жуткими.
Я вышел из машины, захлопнул дверь и быстрым шагом направился внутрь.
Ноги сами помнили путь туда, в подвал. Туда, где был спрятан мой билет в ад.
Ступеньки скрипели под ногами, а запах сырости и пыли бил в нос, но мне было плевать.
Я опустился на колени у старого бетонного блока, под которым мы с Лёхой спрятали ящик. Откинул его в сторону.
Пальцы соскальзывали, но я рвал землю, пока не увидел крышку. Металлический ящик. Открыл.
Внутри, завернутый в тряпку, лежал он. Холодный, черный. Я провел пальцами по металлу. Проверил магазин.
Патроны были на месте. Вставил обойму и передернул затвор. Всё было готово. Василий, твое время вышло.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ
Я ехал по ночному городу, и внутри меня клокотала пустота, сжимая грудь ледяными пальцами. Пытался сосредоточиться на дороге, но в глазах стояла только её улыбка. Ангелина. Живая. Тёплая. Глядящая на меня с легкой усмешкой.
А теперь её больше нет. Нет её смеха. Нет её голоса. Нет тепла её руки. Сладости губ.
Я выдохнул сквозь стиснутые зубы.
Должен ли я плакать? Бить кулаками по рулю? Кричать?
Нет, сейчас было совсем не время для этого, мне нужно было найти Василия раньше полиции.
Не мог допустить, что его просто заберут и отправят в тюрьму, где он будет иметь возможность дышать.
Нет, этого допустить не мог. Но как мне его найти?
Я прищурился, вспоминая каждого, кто мог хоть что-то знать. Полиция? Есть один человек, который мог мне помочь найти этого мудака, Дима.
Я набрал его номер.
Гудки. Долгие, раздражающие.
— Демид? Ты чего это звонишь среди ночи? — голос был уставший, с ноткой недовольства, как у человека, которого разбудили.
— Ты знаешь, где он?
— Прямо с места в карьер, да? Даже как дела не спросишь? Как семья?
— Дима, блядь, мне некогда с тобой мило беседовать. Скажи, где он?
— Ха… ты так говоришь, будто я обязан тебе это сказать, ты ничего не попутал?
— Давай так, сколько это будет стоить?
— Вот так сразу? Называю свою цену?
— Я не в том настроении, чтобы торговаться
— Хорошо! Миллион и я тебе помогу.
Я сжал телефон так, что он чуть не треснул в руке.
— Ты сейчас серьёзно?
— Совершенно. Я знаю сколько денег ты дал этому алкашу, ну а чем я хуже него?
— Хорошо! Где встречаемся?
— Пустырь за старым заводом, где мы часто играли в детстве, когда сбегали из детского дома! Через два часа, Привози бабки наличкой