Он отвернулся, глядя в пустоту.
— Но, может, тебе уже всё равно…
Я молчал несколько секунду смотря на землю, а потом развернулся и пошёл дальше.
Мне было уже действительно всё равно, сел в машину и поехал по своим делам.
Я ехал дальше. Сердце всё сильнее колотилось. Мозг буквально кипел, мысли переполняли меня. Я должен был найти его. Должен был сделать это. Это не просто месть — это была необходимость. Я знал, что никто, кроме меня, не сделает этого. Полиция? Они опоздают, как всегда. Эти уроды ничего не смогут сделать, а мне нужно было добиться справедливости. Я вспомнил про Диму, про то, что он сказал мне:
— У тебя есть сутки.
Время пошло. Каждая минута была на счету.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ
Я свернул на узкую дорогу, и вот он, этот храм, показался мне в темноте, как старинная крепость, на фоне ночного неба. Храм был одинокий и тёмный, окружённый запустением. Это было заброшенное место, укрытое от взглядов — идеально подходящее для того, чтобы скрыться. По бокам стояли старые, сухие деревья, а между ними развеивался лёгкий туман, который как бы жил собственной жизнью. Казалось, что храм не принадлежал этому миру. Его древние стены, потрескавшиеся от времени, стояли как память о том, что в мире есть что-то сверхъестественное. И это место стало его укрытием. А для меня — местом главного решения.
Я припарковался и вышел из машины. Чувствовал, как мои легкие сжимаются в этом ночном воздухе, а сердце бьется быстрее. Храм стоял передо мной, как тень, затмившая все собой. Чувствовал, как каждый шаг по древним камням небольшой дорожки отзывается в моей голове, напоминая мне о том, что я сюда пришел не ради молитвы. Пришел, чтобы наказать. Всё, что я чувствовал, было черным — черным, как эта ночь. Я знал, что в этом храме будет он. Знал, что скоро я найду его и прикончу.
Я сделал шаг внутрь. Темнота встретила меня, и только редкие проблески света от свечей вокруг пробивались сквозь пыльные окна, вырисовывая на полу расплывчатые пятна. От них не стало легче. Я прошел дальше, крепко сжимая в руке старенький пистолет, ощущая его тяжесть в ладони. Пальцы скользили по холодному металлу. Я знал, что ни одной другой мысли в моей голове не было — только месть. Только он. Только его кровь может успокоить меня сейчас.
Далеко впереди раздался звук шагов. Я мгновенно замер. Он был где-то рядом. Его дыхание было всё ближе, и я почти увидел сквозь темноту его глаза, следящие за каждым моим движением. Он побежал как зверь, и я, как охотник, должен был поймать его. Мое тело напряжено, в голове мелькали картины. Картина той ночи. Картина с её криками и взглядом. Картину е, как он, с безумием в глазах, издевался над ней.
— Стоять! — крикнул я в пустоту храма. Мой голос эхом прокатился по холодным камням. Но никакого ответа не было. Тишина была почти нечеловеческой. И вот тогда я услышал его ускоренные шаги. Тяжелые, шумные, как лапы медведя, сильно слышимые в этой тишине.
Я резко повернулся в сторону звука и выстрелил. Пуля прошла мимо, ударив в стену, оставив на ней трещину. Василий был уже далеко, он бежал со всей силы. Рядом на стенах еще быстрее бежала его тень, как злая картина.
— Ты думаешь, что сможешь меня догнать? — его голос несмотря на одышку, был надменным.
— Со мной господь, а с тобой дьявол, Демид. Ты так и не понял, этого? правда? Всё, что ты видишь перед собой, — это результат твоих собственных грехов и только твоих.
— Замолчи, сука! — я выстрелил снова, и на этот раз пуля так же пролетела мимо, лишь повредив угол колонны. Я не останавливался, чтобы не произошло сейчас, не мог остановиться!
Было слышно, как он смеялся и его смех отдавался глухим эхом в каменных коридорах здания.
— У тебя нет шансов, слышишь, парень — Василий сказал это с каким-то отчаянием, но в голосе чувствовалась неуязвимость.
— Ты никогда не сможешь меня поймать в храме божьем. Ты так и не осознал, что всё, что я сделал — это было в пределах законов божьих. Я только исполнил его волю.
Он исчез в коридоре, оставляя за собой лишь звук шагов, будто сам воздух от него был полон яда. Я устремился за ним, чувствуя, как темная волна ярости захватывает меня. Злость бурлила во мне, и каждая его реплика, каждый его взгляд тянули меня за собой, заставляя бежать быстрее.
Василий заметил меня. Слышал, как он выдохнул, понимая, что я был рядом. Он развернулся и снова побежал. Бросился за ним, Мы двое гнались куда-то в темноту по бесконечным коридорам храма, где каждый угол казался лабиринтом. Я слышал, как он пыхтел. Как его дыхание становилось всё тяжелее, но не останавливался. Знал, что если остановлюсь хоть на секунду — он уйдет и сможет спасти свою чертову жизнь.