Голуби, облегчившись, разлетались по своим птичьим делам, небо светлело. Упали на голову последние капли. Зазвонил телефон. Витя полез во внутренний карман, достал трубку. Звонил генерал.
— Поздравляю, майор, богатым будешь.
— В смысле, товарищ генерал?
— Да мы тут с главой УВД из моего джипа тобой любуемся. Поднимай уже бойцов, валите на базу, приводите себя в порядок. Через час жду у себя с новыми соображениями по аресту Тропининых и Лозинской.
— Э… может, подумаем…
— Ну, а я тебе что сказал? Думай, через час жду с докладом.
Генерал дал отбой. Витя, с трудом сохраняя спокойствие, убрал телефон. Ровным тоном обратился к бойцам:
— Подъём, ребята. Поехали домой.
Глава 9
Боб с Кириллом честно направились в коттедж за вещами, даже немец не выказывал намерения удрать. Как приехали, первым делом унёс в дом коробку с консервированным крабом. После этого серьёзно, по-немецки аккуратно принялся собирать мотки проводов, электроприборы, инструмент. Боб пока расположился в полуподвале у чайника.
Только задумчиво выпил первую кружку чаю, Киря привёл троих парней его диверсионно-разведывательной бригады псевдоукраинских гастарбайтеров. Благо, что вчера забор убрали, они сразу вошли во двор, где застали хозяина за сборами.
Парни тоже налили себе чаю, съели по печенюге и стали рассказывать, как удирали из музея «не помня себя» в сторону автовокзала. Немного отбежали и бессознательно поймали случайного бомбилу. По пути мотор у машины заглох, что оказалось очень кстати — очнулись все уже утром живые-здоровые.
Отправились на автовокзал уже сознательно. Пусть их украинские паспорта остались в коттедже, парни надеялись нанять частника до границы с Украиной. Перейти гранцу для спецназовцев нетрудно, и каждому перед отправкой кураторы дали контакты в этой стране на случай провала задания и эвакуации. Однако не то, что покинуть Россию, даже уехать из Чудоевска оказалось весьма затруднительным. Частники брались довезти только «до тумана» и просили тройную цену.
На этом месте парни сделали в рассказе перерыв — Киря привёл ещё четверых условных заробитчан. Они поздоровались, налили чаю и уселись за стол. Бойцы продолжили повествование.
Спросили у таксистов, что за туман, те только пожимали плечами и расплывчато матерились. Аж стало интересно посмотреть. Решили всё-таки прокатиться. Проехали промзону, окраины, посёлок городского типа. Ехали лесом уже, когда горизонт впереди стал темнеть, как бывает, когда едешь навстречу грозе.
Упёрлись в хвост колонны, водитель сказал, что приехали, дальше пешком. Расплатились, вышли, а таксист развернулся через сплошную и прижался к обочине с другой стороны дороги, видимо, ожидая обратных пассажиров.
Под открытым небом парни почувствовали себя неуютно, хотя и солнышко светило, и вообще небо ясное. Горизонт от края до края скрывала стена, уходила ввысь и таяла где-то на уровне редких облаков. Пошли по обочине, стена приближалась, как настоящая. Впереди и за ними люди выходили из машин, шли с сумками и рюкзаками.
Подошли вплотную. В стену тумана можно сунуть руку! Вот сам стоишь под ясным небом, солнце светит, а рука в тумане и пальцев уже не видать. Сзади напирали, долго стоять у стены не получилось. Сделали в туман несколько шагов и совершенно потеряли направление. Хорошо, догадались сразу держаться за дорожный металлический отбойник.
В чистом поле без дороги, шагнув в этот туман, легко можно остаться в нём навсегда. И времени там нет — брели час или сутки. Самое страшное — это не туман вовсе. Никакой сырости вообще, перед глазами будто мелкая, но густая рябь. Она просто сразу пропала, когда вышли.
А там уже пост полиции! У каждого спрашивают, куда направляется, и паспорт. Полицейские в бронежилетах и с автоматами, прорываться парни не решились. Ну, убежали бы от этих полицейских, а дальше куда, не зная местности, без документов? Они, само собой, все спецназ, но всему же есть пределы! Да после этого чёртова тумана никто не мог уверенно показать, в какой стороне граница. И к тому же у всех обнулились батареи в телефонах.
Пришлось подчиниться, перейти на другую сторону дороги и топать обратно. Прошли через туман, устроили совещание. Всем сразу подумалось, что по-хорошему им на той стороне нужно было признаваться, что они шпионы и террористы. Но умная мысля всегда приходит опосля.