– Спасибо Вам.– сказала моя мама.
Мы встали со стульев и вышли из кабинета. Я крепко сжимала губы, чтобы не заплакать, хотя слёзы подступали к моим глазам. Боль пронзала мою душу, и чувство безысходности, как змеиный яд, оказался впрыснут в моё сердце. На секунду я остановилась возле зеркала, пока моя мама, буркнув что- то, ушла домой, и теперь мне захотелось плакать ещё сильнее.
Моё сердце сжалось от грусти. Я встретилась взглядом с отражением собственных глаз. В них пропал привычный блеск. Из них текли слёзы боли и отчаяния, хотя прежде в них читались радость и счастье, даже во время того, как я переживала худшие моменты в своей жизни! И в эти моменты я говорила что- то про отчаяние! Теперь я понимала, что такое отчаяние: меня окутали приятной, сладостной ложью, что я выздоравливаю, но… теперь я знала, что это не так. Едва мне дали надежду- тут же отобрали у меня её. Я думала, что теперь погружаюсь в болото бездонной печали. Кто мог спасти меня от неё?
Но едва я отошла от зеркала, я услышала голос Ники. Моё сердце поднялось из пяток и ожило. Да, я буду вести себя, как обычно. Я не имею права подвести себя в прошлом, которая столько трудилась, чтобы выстроить прекрасные отношения с Николь.
Я вышла из здания больницы и направилась к Нике с бесчувственным выражением лица.
Николь же была взбудоражена. Очевидно, потому, что я, находясь в состоянии шока, совсем забыла написать своей возлюбленной. Обдумывая жуткую ситуацию, я шла к подруге, дабы успокоить её. Из этой западни не было выхода, но сегодня был единственный день, когда я буду плакать. Две недели будут самыми запоминающимся в моей жизни. Наконец, в полуобморочном состоянии, я всё же дошла до Николь, которая набирала мой номер, чтобы узнать, как я себя чувствую. Бросившись мне на шею, едва увидев меня, Ника крепко обняла меня, не сразу заметив, что я стою, безвольно опустив руки, в полной прострации.
– ГОСПОДИ!– испуганно воскликнула Ника, сжимая мои ладони.– МИЛАЯ МОЯ, ЧТО С ТОБОЙ СЛУЧИЛОСЬ?
Девушка инстинктивно схватилась за свой мобильный.
– Я там наушники забыла.
Но эта мысль, совсем внезапно возникшая в моей голове, не вызвала у меня ни малейшего интереса.
Отстранившись от подруги, я взяла телефон, дабы вызвать такси. И я пошла, как зомби, к ближайшему пешеходному переходу, дабы таксисту было лучше видно меня и Николь, которая бежала за мной.
– ОЛЕСЯ, ОБЪЯСНИ МНЕ, ЧТО ПРОИСХОДИТ!
– Всё нормально. Меня просто нагло обманули, чудачка.
Ника всё ещё растерянно смотрела на меня, ничего не понимая.
– Чудачка, отстань.
– ПРОШУ, ОБЪЯСНИ!– Николь вновь схватила меня за руки.
Разумеется, мне стоило бы всё объяснить. Тяжесть со страшной силой давила на мою грудь. Я не могла вздохнуть. Этот ком появился после слов врача, и продолжал расти, занимая в сердце всё больше места, так что теперь даже малейший вдох причинял мне страшную, адскую боль.
Мне не хотелось разговаривать обо всём произошедшем. Не хотелось рассказывать о своих переживаниях никому, а уж тем более Николь, которая безумно волновалась за меня, едва видя мой взгляд. Но Ника от меня всё равно бы не отстала, да и с кем еще поделишься таким? Она теперь была единственным человеком, которому я доверяла.
– Поехали ко мне. Мне нужно выпить успокоительного. Срочно. Иначе я умру прямо тут.– сказала я, видя, как к нам подъезжает такси.
***
И вот мы сидели в моей комнате. Я выпивала таблетки успокоительного одну за одной, даже не боясь уснуть и не проснуться. Я только что закончила рассказ, и моя Николь ходила из угла в угол, прикрыв лицо руками, в глубоком шоке. Вскоре она остановилась и отрешённо начала смотреть в стену, после чего, в таком состоянии, девушка рухнула на кровать и тихо зарыдала. Даже я уже не плакала. Возможно, это было связано с тем, что я выпила полбанки успокоительного- но меня это не интересовало. Гораздо важнее для меня было успокоить Нику.
– Николь, я выздоровею, честно. Я тебе обещаю.
Девушка взглянула на меня. Её пухлые губы преобразились в улыбке, и я сама невольно улыбнулась. Словно всё стало, как раньше. Я почувствовала, как моё сердце словно залаталось, а вместо раны в нём вырос цветок. Цветок любви. Эти две недели я хотела быть только с Никой. Больше ни с кем. Хотела вдыхать запах её духов, которые и заставляли меня сделать глоток воздуха, желала смотреть в глаза Ники и забывать обо всём. Я не хотела переставать любить Нику. Я хотела быть с ней. Я была счастлива лишь рядом с Николь, и точно понимала, что даже если меня ещё раз изобьют за это- я всё равно буду счастлива. Эти, внезапно нахлынувшие чувства, придали мне сил жить дальше. Недолго, но жить.