– Ты… чего?! Почему мы больше не увидимся?
– Ника, вирус передаётся… он… завтра начнёт передаваться… я не хочу, чтобы ты умерла… я хочу унести с собой эту проклятую болезнь.
– ОТКУДА ТЫ ЭТО ВЗЯЛА?!
– Я слышала разговор химички и директрисы.
– ЕЩЁ ОДИН?!
– Они сегодня переговаривались. Я просто хочу попрощаться…
Из моих глаз брызнули слёзы. Я была рада, что Николь не видит меня такой: грустной и отчаявшейся, полностью познавшей, что такое безысходность. Мне было больно навсегда расставаться с Никой, но так было лучше для неё. Сашка должен был точно обратить на неё своё внимание… а я… я всё ещё любила Нику. И я чувствовала, как моё сердце сжимается в комок. Я не знаю, что мне делать… нет, я должна это сказать… я хочу, чтобы Николь это узнала.
– Ника… ты самое лучшее, что происходило в моей жизни.– сказала я и сбросила трубку.
Я растянулась на полу в бешеных слезах. Оглядывая комнату, я чувствовала, как с каждой секундой моё горло всё сильнее и сильнее раздирает невидимая боль… и я начала кашлять. Только теперь из моего рта вытекала не кровь, а какая- то чёрная жидкость, в которой копошились… черви. Опарыши. Я гнила изнутри!
Моё тело бешено задрожало. Ком застрял в горле, которое пересохло от животного ужаса. Мои колени затряслись, а сердце стало трепыхаться, биться со страшной силой… а потом будто бы пропустило один удар. В солнечном сплетении я ощутила тяжесть. Такую безумную, незнакомую ранее тяжесть… пытаясь унять дрожь в потных ладонях, я смотрела на жидкость. Внешне она была похожа на чёрное машинное масло, а потрогать я её не могла ни в коем случае. Лишь только взяв вешалку и дотронувшись до того, что вытекло у меня изо рта, я поняла, что по консистенции ЭТО было похоже на смолу.
И если то, что в результате заражения могла попасть внутри меня какая- то другая инфекция, в результате чего из моего рта могло вытечь что- то подобное, то червей, копошившихся в этой жиже, я не могла объяснить. Откуда внутри меня эти проклятые опарыши? Не могло быть ничего, что привлекло их… откуда… неужели я в самом деле уже относительно напоминаю ходячий труп…? Господи, я не могу поверить в это!
Я стала кашлять ещё сильнее. Вместе с червями я выплёвывала куски того, чего в моём организме не должно было быть. Куски кожи, или что- то подобное, выпадало на пол… вместе с тем я видела, как вместо кожи зеленоватого оттенка она становилась жёлтой, а затем красной, а после стала совершенно белой, как мел. Обычно такой цвет кожи был у покойников! Но неделя же ещё не закончилась… что же это тогда?!
Я ничего не понимала. От нахлынувшего на меня испуга начала кружиться голова… кашель постепенно утихал, а в глазах темнело…
***
Я потеряла сознание. Не знаю, сколько я так пролежала, лежа на полу в кусках кожи и червях, копошившихся в жидкости, вылившейся из моего рта, но проснулась я, когда яркие лучи солнца ударили мне в глаза, почти ослепив меня.
Словно забыв вчерашнее происшествие- мне о нём напоминали лишь черви и лоскутки чего- то странного на полу, я встала и, шатаясь, подошла к зеркалу. Я лишь относительно напоминала человека. Я была худой и бледной. Румянец исчез почти совсем. Я не знаю, как я узнала свои тёмные глаза. Обычно в них читается энтузиазм, усталость, гордость… сейчас же, впервые в жизни, я видела там только пугающую меня пустоту. Не волнение, не боль- пустоту. Словно жизнь потеряла смысл. Меня тошнит от собственного вида… я чувствую себя грязной, ненужной и, что самое страшное… уже мёртвой. Я уже ощущала этот трупный запах, исходящий от моего тела. Да, сегодня точно моя болезнь почти достигла своего пика. И это пугало.
Именно в этот момент я поняла, что с Николь я должна разговаривать свои последние дни жизни- конечно, если Ника даст своё согласие на это… и я ринулась к телефону. Пока он полностью не отключился, пока зарядка на нём ещё была, я хотела поговорить с Никой. И я набрала её номер, и лишь тогда увидела, что мои пальцы вытянулись и стали… кривыми, что ли- такими ужасными, грязными и некрасивыми. Я ощущала себя монстром из фильма ужасов. Вот только я не хотела ни убивать, ни умирать… больно было даже думать об этом всём. И я надеялась на то, что разговор с Николь меня хотя бы немного отвлечёт…
– Алло?! Олеся, ты в порядке?!
– Привет… я чувствую себя ужасно. Я… ощущаю себя слишком… слишком…– я зарыдала, не в силах остановить поток слёз.