[Forwarded from книга]
– Эй, ты куда пропала?! – позвала меня Ника.
– Я… тут.
– Как дела? Пока дверь не выломали?
– Нет вроде. Но мама психует. Причём очень сильно… не приезжай. Ты только хуже этим сделаешь… я как-нибудь сама поразмышляю и найду нужное решение… я просто хочу, чтобы ты была рядом.
– Я здесь. Слушай… твоя мама против нашего общения?!
– Именно.
– Моя тоже. Она отправит меня в другой город. Ты отпросись у своей мамы, и когда будет возможность, мы поедем…
– Цветок расцветёт завтра…
– Уже?!
– Ага… даже поверить не могу в то, что этот кошмар наконец-то закончится…
– Именно. Разделяю с тобой твоё мнение.
– Ника…
Я посмотрела на дверь. Замок медленно поворачивался… но у мамы же нет ключа! Или есть…? В этот момент моё сердце замерло, словно насовсем остановилось, и мне было страшно до одури, до дрожи в руках и ногах. Казалось, я проживаю последние минуты своей жизни…
– Ника…
– Олеся? Ты как? Олеся!
– У неё есть ключ. – упавшим голосом произнесла я. – Прощай.
– ОЛЕСЯ!!!! ОЛЕСЯ!!!!! ОТВЕТЬ, ОЛЕСЯ! ПРОШУ ТЕБЯ! ТЫ В ПОРЯДКЕ?! – кричала Ника.
– Прости, чудачка…
Я положила трубку.
Между тем дверь распахнулась, и в комнате я увидела маму. Злая, она стояла в середине комнаты, как самый жестокий маньяк… мне вдруг стало так боязно, так неприятно внутри, будто там, где-то внутри меня, я уже знала, что произойдёт то, чего я так не хотела, чего опасалась всё время своего сидения на чердаке… я ничего не понимала, и это мучало меня.
– Мамочка… – лишь успела сказать я, прежде чем потерять сознание.
***
Я ничего не помнила.
– Мам! – негромко позвала я. – Мамочка!
В ответ в мои уши врезалась лишь тишина. На то, чтобы встать, у меня совсем не было сил, а вот оглядеться мне очень хотелось. Я всё ещё находилась на чердаке, и лишь распахнутая настежь дверь напоминала мне о произошедшем. И я лежала в луже своей собственной крови. Как и в той, что вылилась из моего рта при кашле, в ней копошились мелкие опарыши. Моя белая ночная рубашка была вся в крови, а ноги- в синяках и ссадинах. Было ощущение, что меня резали ножом, или, возможно, даже несколькими. Но я не могла встать, чтобы проверить, правда ли это. Я не могла даже пошевелиться. Я не чувствовала ничего, кроме как жгучей головной боли.
– МАМА!!! МАМОЧКА, ПОДОЙДИ СЮДА!!!!
Вновь тишина.
И лишь тогда, когда я полностью отчаялась, на чердак прибежал мой папа. Бледный и испуганный, он подбежал ко мне и стал трясти меня за плечи.
– Папа, папа, я в порядке! – произнесла я, после чего вновь упала на пол.
– Да как же в порядке, если…
– Пап… меня мама избила.
Мой отец схватился за голову. Я же, с усилиями встав, подбежала к нему и попыталась поднят с пола, на который он упал. Каждая слеза моего отца отдавалась в моей груди мучительной болью, заставляющей моё сердце сжиматься, и я не могла остаться равнодушной к этой ситуации. Я взяла папу за руку и тихо погладила её. Голова раскалывалась от пульсирующей боли, но я обязана была помочь своему папе.
– Всё хорошо, хорошо… – говорила я.
– Я не уверен… ты не моя дочь.
Моё сердце замерло, а затем забилось с бешеной силой. Я молча подает отцу руку, чувствуя, как слезы подступают к глазам. Но я отворачиваюсь, не говоря ни слова, не имея ни малейшего желания усугублять ситуацию. Да, я очень сердилась на папу, но чувства его невозможно было контролировать, и я понимала это, как никто другой. Но даже осознавая это, я всё равно хотела бы, чтобы кошмар закончился как можно быстрее. К тому же свои ошибки следует признавать. Возможно, я действительно выглядела, как тварь из самых страшных фильмов ужасов. Хотелось быстрее уйти, но я не могла кинуть тут отца.
– Пап… я твоя дочь… недолго- и я заражу тебя. – шептала я, в попытках успокоить безумную дрожь в руках.
– Что с тобой случилось? Расскажи, пожалуйста…
И вот теперь я сидела вдвоем со своим отцом на чердаке. Я только что закончила рассказ, и мой папа ходил из угла в угол, прикрыв лицо руками, в глубоком шоке.
– Пап… сегодня всё должно прекратиться.– прервала я мёртвую тишину.
На секунду повисло молчание, но наконец эту тишину оборвал голос моего папы:
– Что, милая? Что прекратится?! Мама врала мне, говоря то, что ты просто… сидишь в своей комнате, потому что тебе этого хочется… но сейчас… я всё понял. – отец обнял меня, а после прошептал:– ты сильная девочка. И ты справишься.