2. разновидность «водяной лошади» в кельтской мифологии.
Глава 4
«Дитя нашего мира»
Эти слова непрерывно крутились у меня в голове весь день, не давая сосредоточиться на работе. Накануне вечером, я, признаться, жутко перенервничала. Сделав для начала вид, что не услышала Райтаро и, отшутившись, позже, когда он начал наседать с вопросами, я бесцеремонно схватила его за шкирку, скинула его на кресло, после чего, выключив свет и не сказав больше ни слова, завалилась в постель.
Жаль только, что сон не подарил мне желаемого умиротворения.
Проспав, от силы, часа три, утром, за завтраком, я чуть было не разругалась со всем домом, наорала на кошку, которая спала на моём только что постиранном халате, оставив на нём пару фунтов своей шерсти, и ещё едва не забыла оставить еды этому надоедливому грызуну.
Прежде, чем уйти на работу, я спросила, чем их со Спиро кормить. На моё предложение купить ему зерновой корм для шиншилл он лишь покрутил пальцем у виска, и попросил принести всего понемногу для себя, а насчёт ушастика ответил так: «Спиро — дух, смертная женщина! Ты знаешь многих духов, питающихся обычной едой?!»
Я о нём забочусь, а он меня ещё и глупой выставляет!
Ну, ничего. Месть — блюдо, которое подают холодным.
Весь день только об этом и думала, предвкушая выражение пушистой морды, когда я осуществлю один из своих коварных планов!
И вот он, долгожданный вечер. Час расплаты. По пути домой я зашла во все запланированные магазины, прогулялась, в тайне надеясь, что больше ни один чудесный зверь не свалится прямо передо мной и не заявит, что я — «дитя какого-то там мира»! Тьфу!
Я — ребёнок своих родителей! Точка. В детстве, да, я мечтала оказаться в центре семейной тайны, связанной с волшебством, пережить приключение в стиле Фродо Бэггинса; в подростковом возрасте — встретить своего Леголаса и уйти с ним в закат…
Но время идёт. И хоть я и сейчас верю — искренне верю — в существование магических миров, и, чего уж там, каждый Самайн представляю, что познакомлюсь с невероятно красивым Сидом, которого очарует моё пение и красота, здравый смысл во мне, всё-таки, имеется.
Именно он говорит мне, что безумные идеи Райтаро надо обрубить на корню.
Да — в моей комнате живут два волшебных существа из другого мира в облике домашних животных.
Да — я с радостью помогу, чем смогу, найти и вернуть сбежавших духов домой.
Нет — я никому не позволю говорить, что я — не дочь своих родителей! Моя внешность — безумный коктейль из генов мамы-шотландки и папы-валлийца! Моя бабушка — ярая язычница, которая вместе с единомышленниками делает всё для поддержания культуры и обычаев наших предков. Всё это у меня в крови, и я следую этому пути всю жизнь осознанно и с огромным запалом! Так что, Райтаро, иди-ка ты…
Пребывая в весьма воинственном расположении духа, я ворвалась в дом, сняла верхнюю одежду и, проверив тапки прежде, чем обуть — мало ли, насколько сильно обиделась кошка — я пошлёпала к лестнице. Дом встретил непривычной тишиной. На первом этаже горел свет, однако «признаков жизни» никто не подавал. Я посмотрела на наручные часы — без четверти семь, по идее все уже должны были вернуться, а бабуля так вообще любительница посидеть перед телевизором по вечерам, да и поздновато для прогулок. Впрочем, возможно они все решили вздремнуть, так что…
— Мавис…
Я повернулась — в арке, разделяющей кухню и гостиную, бесшумно появилась мама. И говоря «бесшумно» я именно это и имею в виду: учитывая, что я прислушивалась к малейшему шороху в доме, уж её-то шаги я бы точно не пропустила! Да и выглядела она, мягко говоря, взволнованной, без конца заламывала пальцы на руках и смотрела на меня с какой-то нерешительностью.
Самые трагические из сценариев тут же пронеслись в моей голове, и я почувствовала, как земля начинает ускользать из-под ног. Схватившись за перила, я осипшим голосом спросила:
— Кто?..
Мама открыла рот, но потом, нахмурившись, воскликнула:
— Ты что, дочь?! Никто не умер!
— DAMN IDO![1] С ума сошла?! — я шумно выдохнула, от облегчения даже голова закружилась! — А что я должна была подумать? В доме гробовая тишина, а ты стоишь с таким видом, будто…будто… ах, ладно, забыли. — Я махнула рукой. — Да уж, вечер начался незабываемо. У нас есть что пожевать?
Но мама смотрела на покупки в моих руках. Из одного пакета отчётливо виднелась клетка, из другого — сено, корм, и несколько игрушек из зоомагазина. Кашлянув, она спросила:
— Это для твоих питомцев, я полагаю?
— Считаю, что для шиншиллы слишком жирно спать на кресле! — заявила я. — К тому же, так ему будет куда удобнее, разве нет? Да что с тобой такое, мама? К чему вся эта загадочность?!