— Хотя бы коленки только, — уговаривала она кого-то по телефону. Но, получив отказ, бодрилась, улыбалась Гоше уверенно и предлагала другой вариант лечения, вот ещё, мол, говорят, есть новая методика.
Гоша тоже улыбался, соглашался, они снова куда-то ехали. Но в конце тяжких мучений, только ранящих надежду грубостью безнадёги, смотрел на свои слабые ноги, на воспалённые колени и мечтал принять обезболивающее и скорее вернуться домой, в свою комнатку.
И больше никогда не сидел у окна.
На новую волну маминых терзаний никто не откликался участливо, а всякий знакомый и родственник покоил на словах, но все отводили глаза.
Так в их жизни появилась бабушка — мама Гошиного папы, от которого осталась только красивая фотография в черной рамочке, да много молчаливых слов в Гошином сердце.
— Вот бабушка ещё советует… — не унималась мама. — Говорит, у них там есть вода специальная. Попробуем?
***
Деревня Обуховка казалась совсем другой планетой — здесь всё было не так, как за окном его комнаты. А сама бабушка была не похожа на маму.
— Вот водичка наша… Божья Матушка, помоги, — бормотала она себе под нос, когда поливала Гошины коленки из щербатого чайничка. Вода стекала в тазик, в коем покоились Гошины ноги, и щекотала подошвы ступней. — Божья Матушка поможет, она никогда не оставляет нас.
Гоша молчал в ответ, больше увлечённый бабушкиными мозолистыми руками, её двором, прислонённым к сараю заржавленным велосипедом, жёлтыми от летнего солнца домами и деревьями за изгородью и синей полоской леса на горизонте.
Воду вытирать бабушка запретила, и они молча ждали, пока ноги высохнут сами собою.
— Ну вот, — улыбнулась бабушка по-детски довольно, будто у Гоши отросли новые ноги. — Теперь все хорошо. Блинцов не хочешь? Со сметанкою!
Гоша дернул плечами и всмотрелся в ноги — обычные, белые без загара, как у мертвеца, аж с синевой. И до слез худые.
— Ну? — снова улыбнулась бабушка. — Пойдем что ли?
Гоша снова глянул на ноги, потом со страхом на бабушку и попробовал подняться. Ноги задрожали, он схватился за колени и свалился обратно на табуретку.
— Коленки! — воскликнул он и скривился от боли.
Бабушка обняла его за голову, прижала к себе и долго гладила по темени, как заклинание без конца лопоча одно лишь слово: — Ничего. Ничего. Это ничего…
С утра, на всякий случай, Гоша первым делом оглядел ноги. Но, увы, они оказались обыкновенными. Больными.
В бабушкином домике поручней не было, и Гоше пришлось в полумраке пробираться по-над стенкой на душную кухню, потом на веранду, на крыльцо…
— От и слава Богу! — всплеснула руками бабушка, перекрестилась и поклонилась в сторону. — Пришёл?
— Пришёл… — ответил Гоша, глядя с высокого крыльца на маленькую бабушку.
— Сам пришёл?
— Сам, — хмыкнул он. Но потом, следя за её мыслью, осенился и своей — пришёл без поручней и костылей, хоть и по стенке.
Серьезно и сосредоточенно он оглядел свои ноги сверху вниз и понял, что стоит. Пошатываясь, держась за перила крыльца, но стоит сам!
Не в силах видеть своих ног хоть отчасти живыми и цепко хватаясь за двери и косяки, он, согнувшись, как торопливый старичок, вернулся обратно в дом, твёрдо сел на надежную табуретку у кухонного стола и снова оглядел ноги.
— А что за вода у вас? — обратился он к вослед вошедшей бабушке.
— Со святого источника! — ответила она не то с гордостью, не то с простоватым благоговением. — Есть у нас источник Божией Матушки. Он целительный и исцеляет всякого желающего от любой-прелюбой болезни. Такой свято-ой!
Весь день Гоша просидел на кухне, невзирая на духоту, но встать на ноги не решался: одно дело — бабушкина простота, во всём видящая чудо Божие, а другое дело непробиваемая реальность Большого мира. Что из них правда?
К вечеру, не без бабушкиной помощи, он перебрался из кухни в комнатку, улёгся на ветхую кушетку, на какой рос ещё его отец, тут же устало заснул и босой побежал по лугу к той синей полоске леса, что днём видел со двора.
А бабушка не унималась. На утро она снова упёрлась в непробиваемую стену реальности и настояла на продолжении: отправила Гошу на источник с одним из односельчан — пенсионером Яковом Владимировичем на его «Жигулях».
С ним поехали и ещё двое соседей.
На месте они помогли Гоше выбраться из машины и бегло ознакомили с местными достопримечательностями.
Пройдя горбатым мосточком, Гоша огляделся, выбрал местечко и неуклюже приземлился на траву рядом с колодцем, похожим на крошечную бревенчатую церковку без передней стенки. На дне её клубилась ключевая вода, льющаяся из трубки, и Гоша слушал журчание родника, пытаясь различить в звуке воды что-нибудь необыкновенное.