Да только для него теперь все необыкновенным было, ибо обыкновенного-то он и не ведал ещё.
Двое других спутников Якова Владимировича, тоже пожилые люди, оживленно засуетились вокруг источника. Один из них, на вид самый молодой (хотя Гоша плохо различал возрасты старше пятидесяти), по имени Роберт, с ещё довольно густыми волосами и сравнительно крепкий, тут же решительно разделся до трусов и, не крестясь, пригнулся к колодчику, умылся из струи, крякнул громко и трусцой спортсмена побежал к речушке, в которую впадала вода родника:
— Все за мной! — скомандовал он. — Вода одна и та же — значит одни и те же вещества!
Старички последовали его примеру. Вначале Яков Владимирович, улыбчивый, медленный толстяк с глубоким грустным взглядом, а за ним и худощавый, костистый дед Матвей с длинной клиновидной бородой и пугливыми глазками — самый древний из них.
После купания паломники расселись на траву рядом с Гошей, разложили скатерть с угощениями.
— Все это просто чистая химия процесса! — с уверенностью разъяснил Роберт, потрясывая в руке надкушенное яблоко. — Стоит взять воду на анализ, и тут же выяснится, что она богата каким-нибудь редким соединением. Вот и получают некоторые исцеления. А некоторые не получают — не та болезнь и не то вещество!
Гоша глянул искоса на Роберта, потом на родник, на церковку и на множество иконок, коими все строение было увешано теми, кто когда-то получил исцеление. Интересно, что было бы с ними, знай они о "химии процесса"? И что сказали бы на этот довод изображенные на иконах святые люди, которые теперь уж в точности знали все тайны?
После обеда дед Матвей, который со строгостью несогласного поглядывал на Роберта, не выдержал и разразился длинной речью в защиту обрядов и примет, без которых исцелению не быть:
— Какая еще химия? Ишь ты! — бубнил он возмущенно в свою косматую бороденку. — Тут вера нужна, и сделать все правильно надо. Нужно вещь какую-нибудь свою в ручей бросить, что-нибудь из одежды, чтобы болезнь ушла вместе с нею по течению. Вот, что надо выполнить, родник — он ведь живой! А то — вещества… Ишь! Верить надо!
Роберт только рассмеялся в ответ. Но дед Матвей, неразборчиво ворча, запустил в ручей свои старые рукавицы — руки у него болели.
Яков Владимирович, поразмыслив, с идеей деда согласился не вполне, хмыкнул скептически, но платок носовой в руках повертел. Потом, однако, сунул его обратно в рюкзак:
— Я думаю, что всё дело в свойствах человеческой психики. Это называется психосоматика. Эффект Плацебо, знаете ли. Верите вы в химию или в обряды народные — во что верите — тем и исцеляетесь, — и он, фыркая и покряхтывая, грузно свесился над водопадиком, умылся ледяной водой, щедро оплескав и живот — мучила его язва. Потом распрямился с одышкой. — Тут главное дать себе верную позитивную установку. Поверить в себя.
Старики, каждый при своем, слушали Якова Владимировича молча, что принял он за интерес, а потому взялся показать пример: закрыв глаза и погрузившись в какое-то внутреннее созерцание, ему только понятное, долго так стоял, шумно вдыхая и выдыхая воздух всем своим объемным телом, и бормотал:
— Я верю… Верю в силу подсознания. Верю… Ай, комар, зараза! Верю…
Двое других друзей подражали ему, но уж совсем несерьезно, даже выпятили вперед животы, передразнивая своего "учителя" и похохатывая у него за спиной.
Вскоре все трое ушли к речушке, где плескались, шумя, как дети, дорвавшиеся до воды.
Гоша тем временем подполз к колодцу, окунул в воду усталые пальцы и поднес к глазам, чтобы разглядеть воду, будто мог в ней что увидать. Но ничего в ней не разглядел, как не разглядел ничего и внутри себя, сколько ни силился понять, как человеку можно самому себя исцелять, если он не сам себя создает, а только что и умеет — так это себя погубить. Но тут особый дар не нужен.
Окунуться в тот день Гоша так и не решился. Надышался и навздыхался только до головокружения.
Через полчаса старики засобирались, дед Матвей, истово крестясь левой рукой и кланяясь, набрал «полторашку» с собой, а Яков Владимирович умылся напоследок. Так… от жары.
— А ты чего не купаешься? — спросил у Гоши Роберт. — Может твоим ногам оно как раз подойдет. Надо пробовать, проявлять мужество и стойкость!
— Не хочу пробовать, — отмахнулся Гоша и отвернулся. — Хочу исцелиться. А химия и так есть у меня. Таблетки…