Как только стрельба утихла, Седой скомандовал группе отход.
Разведчики вышли на плато, тяжело волоча повисшего на плечах Кума и Кефира Макосея. С первого взгляда Седой понял, что ранение у него тяжелое, поскольку вся правая сторона его «комбы» была залита кровью. Суслик с оставшимся в магазине единственным патроном прикрывал отход группы. Он ступил на обрез плато последним и развернулся лицом к разведчикам. И тут же из леса прилетел звук выстрела «СВД», который Седой не мог перепутать ни с каким другим.
Суслика бросило вперед неведомой силой, и, уронив винтовку, он ничком рухнул в траву. Седой тут же бросился к нему, но, увидев на затылке ровное круглое отверстие, почти бескровное, упал на колени. Страшное, тяжкое опустошение накрыло его душу черным покрывалом: Суслик был первым разведчиком, погибшим в его группе…
На какое-то время он выключился из реальности, отупев, потеряв способность мыслить, ушел в какое-то другое измерение, не в силах осознать и принять гибель Суслика. В тот момент, когда, казалось, снайпер уже ушел на безопасное расстояние от возможной гибели…
Седого привел в сознание Кум. Встав рядом на колени, он обнял Седого и сказал:
– Он сегодня выбил их человек пятнадцать. При этом постоянно менял место. Видимо, снайпер «духов» никак не мог его засечь… И вот дождался удобного момента… Давай, Седой, командуй! Потом погрустим о наших павших. Тебе еще нас спасать надо! Макосей тяжело ранен; ему что, кони откинуть, пока ты тут печаль свою разливать будешь? Вставай, командир, «духи» не будут ждать, пока ты оплачешь Суслика! – Кум грубо, силой заставил Седого подняться.
Тяжело ступая, командир пошел к Макосею, которого отнесли в тень под дерево. Вспоров комбинезон у него на груди, Седой увидел пулевое отверстие над соском, из которого толчками била густая черная кровь. Разорвав ИПП, он наложил его на рану, но бинт почти сразу набух кровью. Седой понял, что пулей задет какой-то крупный кровеносный сосуд. Перевернув Макосея, он увидел на спине выходное отверстие, из которого вытекло немного обычной алой крови, и успокоился: нет внутреннего кровоизлияния, от которого Макосей уже бы скончался. Он пошарил в аптечке, вытащил оставшиеся в ней три стерильных бинта и, разорвав упаковку, сделал салфетку. Обмазав края раны йодом – других медикаментов не осталось, – он наложил салфетку на рану и сильно придавил. Макосей закряхтел от боли, но сдержался. Подержав салфетку некоторое время, он увидел, что кровотечение становится меньше, но все же салфетка быстро промокла, напитавшись кровью. И лишь с третьей попытки кровотечение удалось приостановить. Оклеив салфетку пластырем, Седой набрал в шприц анальгин с димедролом и вколол Макосею.
– Спасибо, командир! – прошептал разведчик пересохшими губами. – Мне бы воды немного.
Седой отцепил от пояса фляжку и дал Макосею хлебнуть пару глотков.
Рядом разведчики положили тело Суслика, накрыв его с головой плащ-палаткой.
– Командир, Филину! – Седой вздрогнул от неожиданности, настолько громко в наушнике прозвучал голос радиста-пулеметчика.
– На связи! – отозвался Седой и сам не узнал свой голос.
– По промоине лезут пятеро «духов». Наши действия?
– Пока наблюдайте. Это может быть разведка.
– Да нет, всего пять. Мы просматриваем промоину до ручья, больше нет никого. Мы можем снять их из «бесшумок».
– Мишкина растяжка где?
– Ниже нас метров на сто.
– Повторяю: это может быть разведка «духов». Пусть лезут до растяжки. Подорвутся, ждите минут пять. Если никто больше не появится, снимайтесь. «Вертушки» должны быть здесь с минуты на минуту.
– Командир, что-то случилось? У тебя голос изменился…
– Филин, тебе сейчас рассказать? Или сам все узнаешь, когда выберемся? Занимайся делом, твою мать!
Седой вдруг успокоился и полностью взял себя в руки. Но успел поймать сочувствующий взгляд Мухина и, сделав злобное лицо, показал ему кулак. Мухин тут же исчез…
– …Бляха, шел бы пригнувшись, снайпер бы его не нашел. Зачем он выпрямился? – краем уха поймал Седой слова Крота. Ясно было, что речь идет о Суслике…
– Да заткнись ты! – грубо оборвал Крота Седой. – Суслика нет больше с нами, и не хрен обсуждать, что он сделал правильно, а что неправильно! Чтоб я больше ничего подобного не слышал!
– Да мы так, командир, про себя…
– А про себя тем более не надо! Ты нам еще живой нужен, сапер! Проверить всем оружие, перезарядиться! – скомандовал Седой, готовясь к самому худшему…
Глава 30
Разведчики лежали за бруствером, ожидая новой атаки. Седой не отключал «Р-159», а наушники повесил на шею, чтобы услышать вызов штаба или «вертушек», которые запаздывали уже на сорок минут.