Елена снова мнется и принимается терзать губы острыми зубками, Летеру ничего не остается, как осторожно взять ее за плечо, только чтобы напомнить место каждого из них. Он чуть надавливает пальцами, но даже от этой ничтожной силы Елена болезненно морщиться и дергается в попытке выбраться из захвата.
– Лин - эмоциональная калека, – в голосе Елены проскакивает раздражение, – ничего не чувствует, ничего и ни к кому. Надеюсь, она убьет своего отца, – мстительно добавляет она и крепко стискивает зубы.
Летер вскидывает одну бровь и недоверчиво оглядывает маленькую, теперь уже его собственную, особь.
– Почему ты думаешь, что она убьет Бери?
– Потому что он ей мешает! Она как бык, если что-то стоит у нее на пути, сносит без сожаления.
Летер ухмыляется, все-таки его новая девочка очень забавная.
– Она должно быть в переходном возрасте. Но такие трудности обычно временны. Девочка выглядела невозмутимо на встрече, это вызывает интерес.
Елена сжимает кулаки и резко отворачивается к окну.
– Она не трудный подросток, – сквозь злость цедит Елена, – Линнель Бери не испытывает ни единой человеческой эмоции. Она – монстр! Самое пустое и бесчувственное создание на этом проклятом острове!
Летер откидывается на спинку сиденья, голова снова начинает болеть. Значит, ее зовут Линнель. Он не мог не узнать ее, и все-таки она осталась незамеченной. Почти шесть лет бесполезных поисков, кажется, привели к результату.
Легкие Летера разрываются от дикого смеха, перед глазами все кружится и пляшет, и ему совсем не увидеть, что Елена прячет лицо в коленях и зажимает уши ладонями.
Он заберет своего монстра.
Глава 6
Уже давно наступила ночь, но Дори так и не пришел.
Лин упрямо сидит на бетонных ступеньках, крепко запахнув тонкую пуховую куртку. За ней не приходят люди отца. И это заставляет мысли в голове вертеться суматошно и беспорядочно. Она все пытается прикинуть, на что готов пойти Син Бери, чтобы оставить ее при себе, и, кажется, что возможности его безграничны. Бездействие вынуждает Линнель проигрывать в голове новые сценарии и впадать в еще большую неуверенность. Она почти готова пойти к Айрису, чтобы узнать, что он рассказал отцу, но тут в комнате Дори зажигается тусклый желтый огонек. Он вернулся и включил ночник.
Линнель на ходу натягивает скомканную в руке шапку и быстрым шагом пробирается к дому для слуг. Возле двери она немного мешкает, все еще сомневаясь, стоит ли ослушаться приказа Дори не приходить к нему.
Лин не стучит, резко нажимает на дверную ручку и толкает дверь. Ее встречают молчание и легкий ветерок. Окно распахнуто, и тонкая замасленная занавеска пляшет в проеме. В свете ночника по столу растекается темная лужица и по каплям перебирается на пол, разбрызгиваясь на десятки густых пятен. Лин невольно отступает и слышит хруст, приходится наклониться, чтобы разглядеть в полумраке осколки крошечной ампулы. В груди пульсирует боль, начало которой никак не получается определить. Что-то зловещее в самом воздухе нависает над Лин. Она медлит всего секунду, прежде чем протянуть руку к выключателю и хлопнуть по нему. Яркий холодный свет режет по глазам. Линнель несколько секунд часто моргает, прежде чем зрение привыкает.
Дори… Он лежит возле кровати, навзничь, с раскинутыми руками и огромной дырой в груди. Он все еще смотрит на потолок. Он теперь всегда будет смотреть только на потолок.
Лин опускается возле Дори и ощупывает карманы в поисках еще одной ампулы, но находит только связку ключей, пустой листок и карамельную конфету. Она складывает все рядом с телом и несколько минут смотрит на лицо своего наставника. Узел – средоточие ее рук, ног и головы – вдруг развязывается. Руки повисают омертвевшими чреслами, а голова падает на грудь. Лин пытается подняться, но ноги снова подкашиваются. Не успевает удержаться, скользит руками в его крови и неловко падает. Лин утыкается подбородком и губами в мокрое пятно и резко стискивает зубы, чтобы сдержать крик. Но даже сквозь закрытый рот вырывается дикое мычание.
Холод гнездится в глубине ее существа.
Должно быть, именно холод поднимает ее на ноги и за руку ведет к кабинету Син Бери. Неустанно нашептывает ей, что это он. Что отец отнял у нее мужчину, отнял свободу. И когда Лин приходит к нужной двери и наталкивается на охранника, не раздумывая, вскидывает почти окоченевшие руки и сжимает его шею.